Доминика из Долины оборотней

как мы трижды смогли собрать «замок» целиком, Фрэнк предложил мне перейти на «лего». По его словам, я двигалась вперёд семимильными шагами, и была очень собранной и усидчивой. Разомлев от его похвалы, я заявила, что буду тренироваться весь день – ведь у меня был очень большой стимул: поездка на Виргинские острова. Я хотела к тому времени более-менее управлять своим телом, и для этого была готова вновь и вновь проделывать одни и те же скучные действия, заставляя свою мышечную память перестраиваться под новую реальность. Но Фрэнк мне возразил.
– Не думаю, что это хорошая идея. Перерыв необходим. Пожалуй, ещё часок можешь повозиться с «лего», а потом – прогулка. Уверен, тебе хотелось бы узнать побольше о новых способностях своего тела. О том, что изменения в нём могут приносить не только неудобства, но и удовольствия.
– Об одном удовольствии я уже узнала, – я хитро взглянула на Фрэнка, и он, поняв мой намёк, тут же припал к моим губам. Выронив кубик – убрать конструктор в мешочек было моим очередным заданием, – я запустила пальцы в волосы Фрэнка, в очередной раз пожалев о его роскошных кудрях, утраченных во время моего спасения.
Но только я втянулась в поцелуй, как Фрэнк вдруг отстранился, а когда я, с возмущённым стоном, потянулась за ним, прижал палец к моим губам, призывая к молчанию. Я насторожилась, понимая, что всё это не просто так. Отстранившись, так, что между нами оказалось не менее двух футов, Фрэнк быстро высыпал на пол между нами «лего», а сам забрал у меня мешок и стал собирать туда остатки конструктора.
– Сначала попробуй просто соединять две детальки, не раздавив, – проинструктировал он меня уже вполне ровным и спокойным голосом. – А потом уже возьмёшься за более сложные конструкции.
Пожав плечами, я так и сделала. Осторожно беря две детальки, возможно, даже слишком осторожно, я в то же время прислушивалась к происходящему вокруг. Окружающие нас шумы тут же ударили по ушам – а я и не заметила, что снова «закрылась», – но в какой-то момент я вычленила из звуков окружающей природы осторожные шаги. И как только Фрэнк их расслышал? Нужно будет расспросить попозже. А пока я занялась детальками «лего», соединять которые оказалось не так уж и просто – штырёчки входили в пазы несколько туговато, порой я прикладывала слишком маленькое усилие, перестраховываясь, а поняв, что этого мало, нажимала слишком сильно, и пару деталек уже сломала, поскольку твёрдая пластмасса была менее пластичной и более хрупкой. Сосредоточившись на игрушке, я отвлеклась от шагов наших визитёров, поэтому вздрогнула и раздавила детальки, которые пыталась соединить, услышав рядом голос отца:
– Доброе утро, Ники.
Я вскочила, глядя на родителей, стоящих на поляне перед входом в палатку, потом радостно кинулась к ним, но на полпути была перехвачена Фрэнком.
– Пока нет, Солнышко, пока нет, – приговаривал он, обхватывая меня сзади так, что мои руки оказались плотно прижатыми к бокам. – Пусть мама тебя обнимет, но тебе пока лучше к ней не прикасаться. Ты ещё не готова, не будем рисковать.
Ой! И как я не сообразила? Я же стала настолько сильной, что мама теперь, по сравнению со мной, невероятно хрупкая. И какое-то время я не смогу прикасаться к ней, опасаясь случайно причинить боль. Мне стало грустно. Впрочем, сама-то мама обнимать меня вполне может, что она тут же и сделала, крепко прижавшись ко мне.
– Моя девочка, – гладя меня по щеке, с любовью прошептала она. – Моя взрослая девочка.
– Я люблю тебя, мам, – пробормотала я в ответ.
– Спасибо, сынок, – отец, похоже, был на самом деле благодарен Фрэнку. – Я и сам не сразу сообразил. Никак не привыкну…
Я захихикала.
– Всё, я больше не могу! Фрэнк, скажи ему.
– Что сказать, – тут же насторожился отец.
– Мне девятьсот пятьдесят девять лет, – пожал плечами Фрэнк.
Какое-то время отец непонимающе смотрел на него, потом начал улыбаться.
– Да уж. Как-то даже в голову не пришло поинтересоваться твоим возрастом. Не знаю, почему-то я думал, что ты моложе меня? А ведь если задуматься…
– Ничего страшного, – улыбнулся Фрэнк. – Так ли уж важен возраст? Просто Ники забавляло ваше обращение.
– Наша дочь собирается за тебя замуж, Фрэнк, – это уже мама. – Стало быть, ты станешь нашим названным сыном. И не важно, сколько тебе лет, в этом мире я уже привыкла не обращать внимание на календарный возраст.
– Благодарю вас, мэм, – придерживая меня одной рукой, Фрэнк аккуратно взял мамину руку и поднёс к губам. – Вы очень мудры.
– Мы же уже договаривались – на «ты», – укоризненно покачала она головой.
– Прости, Элоиз, – улыбнулся Фрэнк.
– Вы уже позавтракали? Мы тут вам кое-что принесли, – мама кивнула на стоящую на траве корзину для пикника.