Доминика из Долины оборотней

Фрэнк. – Так, рыба вроде бы готова, будешь?
Я с удивлением поняла, что посуда, стоящая на траве между нами и ещё недавно наполненная разнообразным мясом, пуста, а я сижу, держа в руке кружке с остатками компота, причём держу её за ручку.
– Ой! Мы уже всё съели? А я даже и не заметила! И я что, пила компот и даже кружку не помяла?
– Да, – улыбнулся Фрэнк. – Я слегка удивился, глядя, как ты берёшь кружку за ручку, но решил ничего тебе не говорить. И ты прекрасно справилась, даже не замечая этого.
– Невероятно… – пробормотала я. – Мне даже не пришлось вспоминать, что кружка из «пластилина».
– Из пластилина?
– Ну, это мы с Рэнди придумали. Для разных предметов – из чего они теперь как будто сделаны. Ты же первым предложил мне «бумажную ложку», помнишь?
– Просто позабавил именно пластилин. Но ты права – это действительно, похоже. Так ты будешь рыбу?
– Да! Да, конечно! – хотя я, в принципе, была уже сыта, но не попробовать пойманную Фрэнком рыбу, да ещё зажаренную на костре, я не могла. Взяв предложенный мне шампур с нанизанной на него рыбиной я задумалась, куда бы мне её пристроить, чтобы начать расковыривать. Словно догадавшись о моей проблеме, Фрэнк сказал:
– Кстати, ты в курсе, что теперь можешь есть рыбу прямо с костями?
– Правда? – я удивлённо взглянула на него, а потом сообразила, что так оно и есть. Теперь мне не нужно опасаться, что кусочек рыбьей кости воткнётся мне в горло или поцарапает желудок. Я стала для этого слишком крепкой и неуязвимой.
– Правда, – кивнул Фрэнк. – Ты просто попробуй.
После чего взял другой шампур и впился зубами в спину карпа, словно это был кусок филе, даже не оторвав предварительно спинной плавник. Я тут же последовала его примеру и почувствовала, что и плавник, и кости стали невероятно мягкими и нежными, легко жуясь и не доставляя ни какого дискомфорта.
Когда я съела своего карпа целиком, с хвостом, хребтом и рёбрами, мне в голову пришла ещё одна мысль. Ещё раз осмотрев разложенную на траве грязную посуду, я подняла на Фрэнка недоумевающие глаза.
– А где куриные кости? – Фрэнк лишь широко улыбнулся мне в ответ. – Я их что, тоже съела?!
– МЫ их съели, – уточнил Фрэнк.
– Но… Раньше…
И тут я вспомнила, что раньше я просто обдирала мясо с окорочков, не беря их в руки. А в этот раз, видимо, задумавшись и увлёкшись разговором, я их просто съела. Целиком. С костями. Даже не заметив этого.
– Ты теперь многое можешь есть такого, чего раньше не могла, – пояснил Фрэнк. – И твой желудок всё переварит, не волнуйся.
– Я когда-нибудь перестану удивляться?
– Солнышко, ты очнулась всего сутки назад. Дай себе ещё хотя бы пару дней. Хотя… Сюрпризы могут выныривать и позже, всего не предусмотришь.
Покончив с рыбой, мы уселись в обнимку у костра, в который подбросили ещё дров, смотрели на языки пламени, на летящие искры, и разговаривали.
Я расспрашивала Фрэнка о его перерождении, точнее – о том, как он осваивался в новом теле. Мы сравнивали впечатления, искали отличия. Конечно, главным отличием стало его умение летать – подобное мне даже представить было сложно, это ведь дополнительная пара конечностей, как-то же ими нужно управлять. Впрочем – я ведь тоже теперь могу превращаться в пантеру, и это уже сложно представить Фрэнку. Хотя моё прежнее превращение было коротким и не особо приятным – и физически, и морально. Одно воспоминание об окровавленном лице Фрэнка всё ещё заставляло меня содрогаться. Поэтому я решила пока отложить новые попытки – хватит мне и того, что приходится в новом двуногом теле осваиваться, четвероногое-то в разы сильнее. Нет уж, будем действовать постепенно. Кстати, по словам Фрэнка, гаргульи тоже сначала осваивают «человеческую» форму, а уж потом – «крылатую». Всему своё время.
В какой-то момент я заметила, что Фрэнк пытается подавить зевок, и тут же насторожилась.
– А сколько сейчас времени?
– Где-то второй час, примерно, – бросив взгляд на небо, ответил Фрэнк.
Я мельком отметила ещё одно его умение – определять время по звёздам, видимо, приобретённое в то время, когда и часов-то ещё не было, по крайней мере – наручных. Но это знание я оставила на потом, меня поразило, насколько уже поздно. Сама я спать совершенно не хотела, ведь после перерождения нам достаточно и половины прежнего времени, чтобы выспаться, но гаргульи в этом плане не меняются. Бедняга Фрэнк, он пытается подстроиться под меня. Я тут же широко зевнула.
– Ой, как уже поздно! Не удивительно, что у меня глаза слипаются. Сидеть у костра так здорово, но пойдём лучше спать.
– Солнышко, извини, но актриса из тебя никакая.
– Всё равно – пойдём. Зачем тебе мучиться зря?
– Да какое это мучение, не выдумывай.