Доминика из Долины оборотней

в неё когти на всю длину. И даже сражаясь с Линдой, а потом, спасая раненного Томаса от смерти, Рэнди оставалась стойкой и выдержанной. Об этой крошечной на вид, но невероятно стойкой девушке в нашей семье уже слагались легенды. Так что же заставило её не просто плакать, а, по словам Фрэнка, рыдать?
Я переводила взгляд с Дэна на Роба, они ведь могли установить с ней телепатический контакт. Это Фрэнк пока, наверное, не мог, но они-то уже были знакомы с Рэнди. Так почему они молчат, не менее взволнованные, чем все остальные?
– Она закрылась, – расстроенно вздохнул Роб.
– Научили на свою голову, – проворчал Дэн.
Я вопросительно взглянула на Фрэнка.
– Мы можем закрывать сознание. И тогда с нами невозможно связаться телепатически. Это словно бы мобильник выключить. Мы делаем это редко, только когда нуждаемся в уединении. Так что в данный момент связи с Рэнди нет.
– Так нужно пойти и узнать!.. – я осеклась, видя, как Дэн качает головой.
– Нет смысла. Судя по звуку – она идёт сюда. И будет здесь буквально с секунды на секунду.
В этот момент я сама услышала женские рыдания, которые очень быстро приближались. И, действительно, буквально через секунду увидела дядю Гейба, заходящего в нашу комнату. На руках он держал худенькую девушку со светло-каштановыми волосами, которая горько плакала, уткнувшись ему в плечо. Мне она показалась совсем крохотной, но, скорее всего, она была среднего человеческого роста, и просто выглядела такой маленькой по сравнению с моим гигантом-дядей, самым высоким в нашей семье. Оглядев всех, находящихся в комнате, он слегка нахмурился и нетерпеливо произнёс:
– Где все спасённые? Мне сказали, что мы освободили семью итальянцев, мужчину, лысую девушку, старушку и щенка. Где хоть кто-нибудь из них?
– Итальянцы – там, – дядя Ричард махнул рукой в сторону нужной двери. – Отдыхают. Мы им не мешаем – всё же они были в разлуке несколько недель. «Лысая девушка» – с ними, это у неё сверхспособности, а её родных прихватили за компанию.
– И парень там, – подхватил Дуглас. – Всё ещё спит – его, похоже, накачали снотворным под завязку. Пирс взял его под опеку.
– Так, ладно, – дядя Гейб сел на свободный диван и чуть нахмурился, заметив пятно крови на полу, но не стал ничего выяснять. – Покажите хотя бы старушку и собаку.
Я заметила, что всё это время он покачивал, словно бы баюкал девушку, которую продолжал держать на руках, поглаживал ей спину, время от времени ласково целовал в волосы – словом, делал всё, чтобы успокоить её. Я едва верила своим глазам – и это мой дядя Гейб? Который всю жизнь избегал любых физических проявлений чувств, да и вообще, прикосновений? И это он сейчас хлопочет над Рэнди, как самый любящий и заботливый мужчина в мире?
Кажется, я начинаю понимать слова Дэна, показавшиеся мне странными. Дядя Гейб действительно будет не только любить, но и лелеять Рэнди. Впрочем, чему я удивляюсь? Они же, в конце концов, половинки.
– Старушка – это я, – раздался мелодичный голос Эбби. Она застенчиво улыбнулась дяде Гейбу, который ошарашенно уставился на неё.
– А я – щенок! – подхватила Стейси.
Тут даже рыдания Рэнди стихли. Повернув голову, она переводила недоверчивый взгляд с одной на другую.
– Ричард? – дядя Гейб вопросительно взглянул на брата, а тот подтверждающе кивнул.
– Это правда. Моя Эбби – бессмертная. Её несколько месяцев морили голодом, и от этого она стала стареть. А как только поела – стала такой, как прежде. А Стейси – оборотень.
Дядя Гейб и Рэнди синхронно переводили взгляд с одной пленницы на другую, при этом выражение лиц у них было совершенно одинаковым, и это выглядело даже забавно. Ну, надо же! Я посчитала забавным дядю Гейба?! Где-то землетрясение…
– Гейб, но ты же не думал, что здесь держат обычных людей? – усмехнулся Дуглас.
– Всякое бывает. Из тех четырёх, что были в исследовательском филиале, двое – шарлатаны, ещё один может легко переносить отрицательные температуры, а у четвёртого – врождённый иммунитет к яду змей. Уникально, конечно, но я бы не назвал это… ошарашивающим.
– Твоя? – я впервые услышала голос Рэнди не в записи. – Ричард, ты сказал: «Моя Эбби»?
– Моя, – дядя Ричард улыбнулся самой солнечной улыбкой, какую я когда-либо у него видела. – Моя половинка.
– Ещё и ты? – ахнул Гейб, словно впервые разглядев, как именно дядя Ричард держит девушку. – Мы с Рэнди, близняшки, Ники, а теперь ещё и ты?! Это точно к урожаю… Кстати, Франциско, спасибо тебе за Ники.
– Не за что, – пожал тот плечами со смущённой улыбкой. – Это же моя Ники, как я мог не примчаться за ней. Но я опоздал.
В его голосе послышалась явственная боль, когда он взглянул на мою забинтованную ногу.
– Мне уже