Доминика из Долины оборотней

выводу. Конечно, хорошо, что сейчас можно делать нашим женщинам и детям переливание, но иногда это технически недоступно. Остаётся старый, проверенный веками способ. И в этом случае настрой, действительно, очень важен.
– Пристегните ремни, сейчас пойдём на посадку, – известил нас Винсент.
Посадка прошла так мягко, что ни дети, ни Рэнди с Кайлом не проснулись. Когда мы потянулись к выходу, Пирс, поднимая на руки Кайла, попросил:
– Эндрю, захвати из спальни его вещи, они ему ещё пригодятся.
Эндрю нырнул в спальню и тут же вынырнул обратно.
– Думаю, это тоже кое-кому пригодится, – с этими словами он подошёл к нам.
На его протянутой руке висела моя школьная сумка, а на огромной ладони стояла пара голубых босоножек.
– Ой, а я и не заметила! – воскликнула я, забирая у него вещи. – Наверное, это Эрик принёс мою сумку. Она осталась у него, когда меня забрали.
– Она стояла в шкафу, вместе с обувью. – Эндрю приподнял другую руку, с зажатой в ней парой ботинок. На его плече примостился чехол с одеждой для Кайла. – Неудивительно, что вы не заметили.
– Какое счастье, что моя сумка осталась у Эрика, – сказала я, прижимая её к груди и испытывая странное счастье от сознания того, что держу в руках что-то СВОЕ. – Он нёс её, когда меня срочно увели к директору. В ней мой телефон остался. Те «агенты» спрашивали меня, где он, а я соврала, что забыла телефон в машине. Им нужны были мои контакты. Ой! Они же ещё послали засаду в наш магазин! Хотели схватить моих родственников. Как хорошо, что они в Долине, мне страшно представить, что было бы с мамой, встреть они её. Она же уже старенькая, а вдруг бы у неё с сердцем плохо стало?
Меня аж передёрнуло от подобной возможности. Заметив это, Фрэнк успокаивающе поцеловал меня в висок и прошептал.
– Твои родители в полной безопасности. А с засадой в твоём доме, если она всё ещё там, разберётся Тайлер, брат Эрика. Хорошо, что ты про это вспомнила, им теперь тоже не избежать правосудия.
Говоря это, Фрэнк вынес меня из самолёта, на этот раз по трапу. Здесь нам уже не нужно было таиться – во-первых, этот аэропорт практически целиком был собственностью семьи, хотя об этом мало кто знал, и у нас здесь были большие послабления. А во-вторых – нам и не нужно было выходить в город, поскольку неподалёку нас уже ожидали два больших вертолёта, принадлежащих моему дяде Митчеллу. Он обожал эти винтокрылые машинки, у него был завод по их производству, а в собственном владении – с полдюжины вертолётов, разных размеров и модификаций, от здоровенного «грузового», до одноместной «игрушки». Если было нужно, эти машины были по первой же просьбе в распоряжении семьи, а дядя Митчелл и его старший сын Николас, унаследовавший от отца эту страсть, с удовольствием выступали пилотами. Как и в этот раз: достаточно было дяде Гейбу позвонить – и вот они, оба здесь.
Мы, цепочкой, направились к вертолётам, но в какой-то момент остановились. Дядя Митчелл выпрыгнул из кабины нам навстречу, а Адам повёл к нему итальянцев. Видимо, им всё заранее объяснили, потому что, насколько я поняла, Адам всего лишь познакомил их с дядей Митчеллом, потом произошло прощание – снова на итальянском! Я негромко застонала, уткнувшись в шею Фрэнка.
– Что случилось? – похоже, он был даже немного испуган.
– Мне стыдно! – пробормотала я. – Все вокруг, абсолютно все, знают итальянский. А я – нет. Позор мне!
– Я тоже его не знаю, – с улыбкой успокоила меня Эбби, которую нёс дядя Ричард.
– Спасибо, – кивнула я ей. – Теперь мне немного легче. А то мой комплекс неполноценности рос в геометрической прогрессии.
Пока мы разговаривали, Адам и дядя Митчелл помогли итальянцам забраться в вертолёт. Они помахали нам из окон, мы помахали им в ответ, и винтокрылая машина взлетела, унося их навстречу новой жизни.
После того, как вызванный крутящимися лопастями «ураган», слегка растрепавший наши волосы, стих, мы направились ко второму вертолёту. Наверное, все места были распределены заранее, пока мы с Фрэнком находились в спальне, поскольку всё происходило молча и деловито.
Дядя Гейб, держа на руках сладко спящую Рэнди, которую не потревожил даже шум взлетающего вертолёта, уселся в кресло, рядом с Ником. Дядя Ричард расположился позади него с Эбби на коленях. Пирс уложил Кайла сзади, где вместо двух кресел было одно сплошное сиденье, после чего уселся рядом с дядей Ричардом, а Дэн передал ему спящую Стейси. Адам положил внутрь наши с Кайлом вещи. На женщин и Кайла надели наушники, и лопасти вертолёта начали раскручиваться.
– Думаю, нам лучше подняться в воздух до того, как они взлетят, – сказал Дэн, беря на руки Адама и обращаясь, Роб подхватил Эндрю, и мы взлетели. Я начала было оглядываться по сторонам – хотя