Доминика из Долины оборотней

мне не раз приходилось раньше летать на вертолёте, но вот так, не в закрытой кабине, а «живьём» – в первый раз, но вдруг поняла, что смотрю прямо на ухо Фрэнка. Прекрасное, большое, заострённое «эльфийское» ухо! Вот моё желание и исполнилось! Даже его крылья не так завораживали меня, хотя тоже представляли собой невероятное зрелище. Я обвела контур его уха пальцем, а потом не удержалась и легонько поцеловала заострённый край.
Руки Фрэнка сжали меня чуть крепче, а глаза полыхнули на меня жаром.
– У тебя такие красивые уши, – пробормотала я в оправдание.
– А мне они всегда казались слишком большими.
– Нет, они чудесные! – я вновь провела пальцем по ушной раковине, но тут меня отвлёк гул вертолёта, догоняющего нас. Я огляделась. Остальные гаргульи уже ушли в точку на горизонте.
– А почему мы отстали?
– Я не хотел сильно гнать – боялся, что ты испугаешься. Мы, действительно, летаем ОЧЕНЬ быстро.
– Но одежда-то не загорается? Пирс говорил, что нет. Я хочу быстрее!
– Ну, что же, если ты хо-очешь… – протянул Фрэнк с кривой улыбкой, – не стану возражать.
Фрэнк резко прибавил в скорости, вертолёт стал заметно отставать и вскоре остался так далеко позади, что его уже не было ни видно, ни слышно. Я взвизгнула от восторга, инстинктивно крепче вцепилась во Фрэнка, хотя разумом понимала, что он ни за что меня не уронит. Мы мчались на невероятной скорости, но мне не было страшно. Только от ветра слезились глаза, и было невозможно разговаривать, поэтому я спрятала лицо, зарывшись им в шею Фрэнка. Так было даже лучше, мне вообще хотелось прижаться к нему как можно крепче, просто закопаться в него. Потому что мы с ним были единым целым, половинками, и это моё желание ощущалось совершенно правильным.
Я не знаю, как долго мы летели, мне показалось, что совсем чуть-чуть, я бы предпочла, чтобы наш полет длился дольше, потому что понимала – в Долине я уже не смогу быть так близко к Фрэнку. Всё же я живу с родителями… Но, в любом случае, я понимала, что с Фрэнком мы теперь вместе навсегда.
Я почувствовала, что наш полет стал замедляться и, оторвав лицо от шеи Фрэнка, огляделась. Под нами, насколько хватало глаз, расстилался лес, а впереди высились скалы, за которыми и находилась наша Долина. Тут до меня дошло, что мы летели совершенно одни, а прежде Фрэнк в Долине не был.
– Как ты нашёл дорогу? – спросила я, поскольку мы летели уже настолько медленно, что ветер больше не мешал говорить.
– Отец показал мне направление. Кроме того, при желании мы можем найти любого члена семьи, это что-то вроде встроенного радара. Я просто знал, в какой стороне находится отец, и летел в ту же сторону. Именно так Коул отыскал Рэнди.
– Как удобно! А мы ничего такого не умеем – ни телепатии у нас нет, ни встроенного радара. А жаль. Я вот думаю, если бы Гвенни была вашим ребёнком, её бы нашли сразу же. А так… Если бы не Рэнди…
– Да, эта телепатия – наш несомненный плюс, наследие от моего космического деда. Хотя порой она может доставить и некое неудобство. Но плюсов, несомненно, больше.
В этот момент мы перелетели скалы, и перед нами раскинулась Долина во всей своей красе. Расположенная в котловине среди гор, практически неприступная и отрезанная от всего и всех, она представляла собой уголок покоя и безопасности в этом безумном и опасном мире. Ближе к нам расположился коттеджный посёлок, дальше шли поля, пашни, река и питающие её ручьи, сады, огороды и пастбища, обрамлявшие их скалы терялись на горизонте. Окна домов были темными – посёлок спал.
– Так вот она какая, ваша Долина! – восхищённо протянул Фрэнк.
– Да! Это мой дом! – гордо ответила я. – Добро пожаловать.
– И где мне спуститься.
– Мы живём вон там, – я ткнула пальцем в нужном направлении. – Вон в том доме, с голубыми наличниками. Но мне кажется, что нам лучше опуститься на вертолётной площадке, что-то мне подсказывает, что нас ждут именно там.
– И где эта площадка?
– За домом дяди Гейба. Вон он, самый большой, с башенками, видишь?
Кивнув, Фрэнк полетел в нужном направлении, и вскоре мы увидели пустое пространство за домом, на котором, действительно, стояло несколько человек. Когда мы опустились, я увидела Дэна и Адама – Роб и Эндрю уже ушли, – а так же дядю Джеффри и Филиппа, внука дяди Гейба, и его жену Люси. Ну и конечно – моего отца, который первым кинулся нам навстречу. В следующую секунду я уже была в его родных объятиях, привычно зарывшись макушкой ему под подбородок и обнимая за шею. Какое-то время мы стояли безмолвно, потом он выпустил меня из объятий и внимательно вгляделся в моё лицо, а потом оглядел всю меня, так до сих пор и сидящую на руках у Фрэнка, особо задержав взгляд на моей ноге, где сквозь тонкую ткань брюк отчётливо проступали