DOOM. Трилогия

них выходили на линию огня — когда они попадали друг в друга или кто-то из демонов обрушивал на приятеля ком слизи, закручивавшийся огненным вихрем, чудовища вступали в борьбу с союзниками, напрочь забывая обо мне. Я с криками отчаяния метался по залу, перебегая от одной стены к другой, в то же время отмечая эту особенность взаимоотношений между моими врагами — я даже подумал, что в будущем неплохо взять ее на вооружение.
Теперь в помещении находились по меньшей мере дюжина зомби и трое демонов из крокодиловой кожи, а я все продолжал нырять, петлять и уворачиваться от визжащих и свистящих кусков металла, пролетавших над головой. Вдруг откуда ни возьмись появился тот самый проклятый летающий череп со шлейфом ракетного выхлопа на том месте, где нормальная голова смыкается с шеей. Череп развернулся и зашел на новый вираж, пытаясь скосить меня под корень, а потом разгрызть острыми, как бритва, стальными зубами.
И все-таки главной проблемой продолжали оставаться огненные смерчи; коричневые демоны были, конечно, намного опаснее зомби. Я очень радовался тому, что в странной комнате есть колонны — они давали мне хоть какую-то возможность укрыться от грозящих со всех сторон опасностей. Сделав бешеный рывок, чтобы добраться до одной из них, я выстрелил в группу зомби. И, едва переведя дыхание, помчался к следующей колонне.
На этот раз огненный шар пролетел совсем близко, опалив меня своим жаром. С той позиции, которую я занимал, подобраться к монстрам, не будучи предварительно поджаренным, не было никакой возможности, а мощность помпового ружья слишком мала, чтобы с такого расстояния причинить им вред.
Пока я пытался справиться с дрожью, за спиной снова послышалось жужжание, а затем резкий металлический скрежет. Ясно, что звуки эти мог издавать только летающий череп, выследивший меня между колоннами.
Ну, тварь летучая, я тебя сейчас, наконец, достану! Даже толком не прицелившись, я выпустил заряд.
Промах получился знатный!
Череп увильнул от пули; я снова выстрелил, и попал в одну из бочек с зеленой жижей.
Она взорвалась со страшным грохотом. Взрывная волна ударила меня в защитный бронежилет и повалила на пол, как мула, сорвав часть амуниции. Череп же разорвался на множество мелких металлических осколков.
Мои несчастные барабанные перепонки в очередной раз чуть не лопнули — теперь от грохота второго взрыва, третьего, четвертого… Одна за другой взорвались пять или шесть бочек с омерзительной гадостью. В голове вертелась лишь одна мысль — я благодарил Господа за то, что оказался с противоположной стороны колонны.
Ядовитое облако голубоватого дыма клубами вилось над полом и у стен. Это было все, что осталось от окислившейся токсичной слизи. Задыхаясь от едкой вони отравляющих паров, я бросил быстрый взгляд через плечо и увидел сцену, напоминавшую кровавую бойню.
Зомби и демоны являли собой клочья серой плоти, перемешавшиеся в дьявольской каше. Вонь, как от тысячи гнилых лимонов, наполнила комнату, забивая даже зловоние ядовитых взрывных паров.
Я с трудом поднялся и поплелся к двери, подгоняемый страхом перед той разрушительной силой, которая была скрыта в сорокогалонных бочках. В самом конце комнаты я наткнулся на единственное существо, которому удалось уцелеть помимо меня.
Вцепившись когтями в пол, там лежал демон. Одна нога напрочь оторвана, другая — неестественно вывернута. Из него по каплям сочился желтый гной. Едва капля вытекала, как она тут же воспламенялась, превращаясь в маленький костер.
Я приставил ружье к безобразной башке и ухмыльнулся:
— Пришел твой черед подыхать, зверюга бессловесная! И услышал в ответ:
— Зззверюга… нет…
Я остолбенел от удивления — никак не думал, что эти твари могут говорить.
— Ну что ж, — я ткнул чудовище дулом ружья, — ты, пожалуй, прав. Звери или убивают, или оставляют в покое.
Распластавшийся на животе монстр, неестественно вывернув огромную голову, не отводил от меня глаз, так что у меня при этом зрелище противно засосало под ложечкой.
— Вы — зззверюги… когда мы организззуем планету…
Я скривил губы, но сердце мое учащенно забилось. О какой планете он говорит? О Марсе? Или же в планы пришельцев входила Земля?
— Да мы от вас места мокрого не оставим, как только вы к нам со своей поганой помойки заявитесь, ты, кусок дерьма!
Чудовищный пришелец рассмеялся, распахнув пасть так, что без труда мог бы одним махом откусить человеку голову.
— Мы бросссаем ссскалы… большшшие ссскалы…
Картина, которую я себе нарисовал со слов монстра, была до смешного нелепой, но, несмотря на всю ее абсурдную несуразность, у меня мороз пробежал по коже. Что-то подсказывало,