Их отправили в неизвестность практически без права возвращения. Они выжили и создали собственный Клан. Есть земля, есть уважение окружающих. Но если тебе что-то запрещают — это становится очень важным. Обойти запрет, добиться успеха там, где другие неспособны. Появилась возможность обойти правила — вперед, не оглядываясь на последствия.
Авторы: Лернер Марик
— это нормальный рацион. Утром они уже ели, а в дороге успели зайца стрескать.
— Откуда ты знаешь?
— Доложили, когда прибежали. А вот Мави придется позже кормить, она лежала и отдыхала. Ночью за сторожа поработает.
Волки дружно оскалились в усмешке, Красотка демонстративно зевнула, показывая клыки, и гордо удалилась от костра в темноту.
— А тебе можно есть все?
— У меня с этим проблем нет, — сообщил я. — Никакой кашрут не предусмотрен. В основном, конечно, мясо в разном виде, но, кроме того, мы делаем сыр и творог из молока коров и кобыл. Зерно и овощи вполне нормально. Рыба иногда, просто больших рек на равнинах нет, и она редко бывает. Собственно, вы ж не первый день с Черепахой знакомы. Она что, сильно привередливая?
— Рыбу вот не любит, — сказал Рафик.
— Это ее личное дело. Желудок у нас хороший и способен переварить все что угодно. Это, правда, не значит, что мы должны любить это «все что угодно». А вот кофе я бы попробовал, интересно…
Черепаха пришла, когда все улеглись и затихли. Она села напротив и принялась сверлить меня взглядом. Я старательно делал вид, что ничего не замечаю. На куске брезента разобрал «стечкина» и тщательно протирал каждую деталь. Не будешь следить за оружием, оно откажет в самый неподходящий момент. Даже за обычным ножом надо ухаживать, а пистолет посложнее будет. Я снова собрал его, вставил магазин и сунул в кобуру. Потом принялся за винтовку. Тут она не выдержала и спросила:
— Что дома происходит?
— Урожай был хороший, многие кобылы жеребые, с зелеными мы неплохо торгуем. Многие женщины носят детей. — На это Черепаха скривила рожу. Я сделал паузу и, посмотрев ей в глаза, сообщил: — Койот беременна.
Она улыбнулась улыбкой, которую можно было бы назвать торжествующей, только до меня не дошло, с чего такая радость.
— Мальчик? — утвердительно спросила Черепаха.
— Мальчик, — подтвердил я. — Точно знать пока нельзя, но вот Зверь уверен, что будет примат.
— Надеюсь, он не полез проверять?
— Там без него есть кому. Разрезающая плоть пришла сразу. Всех повыгоняла и долго смотрела.
— Даже так, — пробурчала Черепаха и задумалась, что-то прикидывая.
Разрезающая плоть была одним из старейших членов Совета пауков. За двести лет ей точно перевалило. Специализировалась она на лечении раненых, и свое имя получила за отказ от обычных методов и яростное внедрение того, что можно было назвать хирургией. До нее считалось, что, если оборотень не способен сам заживить рану, незачем ему и жить. А еще она считалась лучшим специалистом по определению отклонений при беременностях еще до рождения. Ее хлебом не корми, только покажи особо интересный случай, и она счастлива.
— Шесть месяцев, — озвучила Черепаха свои размышления. — С кем он еще был?
— Щас я тебе так и расскажу, — насмешливо сообщил я. — Кто такие вещи обсуждает с женщиной, которая сама не прочь?
— Не будь идиотом, если родится ребенок вне Клана, об этом будут и так знать все. И росомахи, и кошки, и лисы с удовольствием подсунут Зверю своих девушек. Это хороший поводок для такого, как он.
— Не родится.
— Ты уверен?
— Я уверен. И, думаю, ты тоже. Сама знаешь, он это может контролировать.
— Я-то знаю, а вот ты откуда можешь…
Я пожал плечами, мысленно сделав зарубку на память — обязательно сообщить. Зверь так и говорил: пауки знают, а вот нам не положено. Очень им хочется указывать, с кем и когда появятся его дети. «Вот им, — сказал он, демонстрируя фигу. — Я знаю, как сделать, чтобы они не появились в объятиях очередной красавицы. Ничего не имею против блондинок, брюнеток, шатенок и рыжих и всегда рад, если они этого хотят, но рожать от меня будут только одна-две, и только те, кто в Клане. Еще не хватает такие подарки направо и налево делать. Я им не Илья Муромец, чтобы сыну потом голову отвинчивать, и тем более не жеребец-производитель».
— Он перевертыш, все что угодно может сделать.
— В кого перевертыш? — быстро спросила Черепаха.
Я мысленно прикинул и не увидел, почему не сказать.
— Волк, лиса, примат, медведь, росомаха, рысь, пума, леопард, кошка, ягуар. И это общая характеристика, у той же рыси пять разновидностей, я не знаю, сколько из них. У остальных тоже много родов.
— Шакал, койот, тигр, лев?
— Таких в Клане нет.
— Значит, ты уверен, что ему нужен личный контакт, — пробурчала она.
— Для полного соответствия — да.
— Но он с ними встречался?
— При мне — нет.
— Очень интересно, — пробормотала она себе под нос. — А орком он может стать?
«Опа, — подумал я. — Какой интересный вопрос. Никогда не задумывался, а ведь она права, если может одно, почему не другое?» И вслух:
— Я не видел.
