Их отправили в неизвестность практически без права возвращения. Они выжили и создали собственный Клан. Есть земля, есть уважение окружающих. Но если тебе что-то запрещают — это становится очень важным. Обойти запрет, добиться успеха там, где другие неспособны. Появилась возможность обойти правила — вперед, не оглядываясь на последствия.
Авторы: Лернер Марик
с коня, и Черепаха пошла разбираться.
– Хорошие у тебя воины, – одобрительно сказал старший индеец, присаживаясь рядом и поглядывая на своего товарища, которому Черепаха сдирала повязку на плече. Третий торчал у нее за спиной, наблюдая. На поясе у молодого индейца действительно висело три пары ушей. Две пары человеческих и одни крысиные. Или боевая форма, или младший – разумный. Оказывается, не юмор – отрезают. Веселые ребята.
– Очень быстро меня заметили, – продолжил индеец. – Я все понять не мог, кто вы такие, потом вот его, – он кивнул на Дова, – увидел. Знакомое лицо. Нас на озерах мало, многие если не знакомы, так виделись.
– Я Гном, род Медведей, Клан Пятипалых. Мы пришли с севера и хотим познакомиться с вами поближе.
– А скажи мне, происходящий из рода Медведей, много там таких, как ты? – поинтересовался он. – Я, конечно, не шаман, но коечто могу. Но вот превращаться в медведя – это за гранью, этого я не понимаю. Как никто не понимает, как эти в крыс превращаются. Или наши странные соседи в рысей и собак.
– Этому не научишься, – отвечаю. – Только от рождения дается способность перекидываться. Мы разные, и в Клане нас несколько видов. Правда, говорят, что если будут общие дети с людьми, то они смогут.
Дов взглянул на меня с интересом.
– Без разницы, от отца или матери? – спросил Джон.
– Может быть и так, и так. Только про это надо не со мной, а с нашими шаманами говорить. Вон, – кивнул на возвращающуюся Черепаху, – не смотри, что молодая, очень хорошо в таких вещах понимает.
– Жить будет, – сообщила та, садясь рядом. – Рану нужно лучше чистить, – наставительно сказала она. – Там остался обломок кремня, и от него нагноение было. Вовремя нас встретили, мог и помереть. Можно? – спросила Черепаха, показывая на винтовку. Индеец молча протянул.
– Ремингтон700,– пояснил он, глядя, как она разглядывает оружие, – ствол из нержавеющей стали и ложе из полимеров. Максимальная эффективная дальность стрельбы – восемьсот метров. Еще имеется магазин съемный, обычно они делаются несъемными. На дистанции в триста метров расстояние между попаданиями не больше семидесяти пяти миллиметров! Больше и не требуется, тем более что я не снайпер. Мастерсержант Первой кавалерийской дивизии, эксплуатация и ремонт автомобильной техники многоцелевого назначения. Бывший, естественно.
– Так ты ценный человек. Очень мало патронов в обойме, всего четыре, – с сожалением возвращая винтовку, сказала Черепаха. – Нам специалисты требуются. Надеюсь, ты не все время коней угоняешь? Это мы и сами прекрасно можем. Вот этот, – тыкая пальцем вокруг себя во всех подряд, – и вот тот, и еще вот эта тоже. Одна я этим не занималась, мне и так приводили в подарок. Как дырку во время подвигов заработают, так и приходят…
Черепаха явно начала похваляться, а потому я прервал ее и спросил Джона:
– Как насчет того, чтобы друг другу помочь? Мы тебе лошадок, а ты поковыряешься в механизмах. Подумай. А если надо, – добавляю, – мы можем и твоим старейшинам хороших коней подарить. У нас много есть.
– Старейшинам не надо, – усмехнулся он, – я сам Вождь. Мы не шайены, мы дененавахо. Сами по себе. А за приглашение спасибо, подумаю.
На второй день мы вышли к перевалу. Дальше уже начинался спуск в котловину. Прямо на том, что в документах должно было именоваться не иначе как дорога, а на самом деле было тропой, по которой можно было подниматься только по одному, сидел на табуретке человек с автоматом на коленях и задумчиво смотрел на нас. Выше, на скалах, слева и справа были оборудованы пулеметные точки, обложенные мешками, набитыми песком, и прикрытые камнями. На возвышенности, которую огибала дорога, за спиной у встречающего стоял еще один. Явно наблюдатель. Любой идущий снизу обязательно получил бы веселый свинцовый привет из нескольких стволов, если бы чемто не понравился часовым.
Сидящий встал и приветствовал Дова совершенно непонятными словами. Тот ответил на том же языке. Очередной знакомец. Какаято сильно популярная личность наш проводник.
Очевидно, это и есть таинственные курды. С виду вполне обычные люди. Смуглые и горбоносые, в полувоенной одежде, по расцветке очень похожей на форму наших индейцев. Мы один за другим проехали мимо под внимательными взглядами. За поворотом стало ясно, что места здесь уже обжитые. На склонах паслись овцы, а еще минут через двадцать стали видны и дома, сложенные из местного камня. Изза заборов выглядывали женщины и с радостными воплями выскакивали дети. Видать, не часто их балуют посещениями.
Место вообщето явно отвратительное. Сплошные склоны, когда наступит весна и растает снег, то дома и все другие постройки моментально окажутся затопленными, а дороги
