Их отправили в неизвестность практически без права возвращения. Они выжили и создали собственный Клан. Есть земля, есть уважение окружающих. Но если тебе что-то запрещают — это становится очень важным. Обойти запрет, добиться успеха там, где другие неспособны. Появилась возможность обойти правила — вперед, не оглядываясь на последствия.
Авторы: Лернер Марик
зверюга, не открывая рта.
«А еще?» – довольно сказал Доцент.
Она прищурилась, почти почеловечески улыбнулась и выдана длинную фразу.
«Мави, где ты этой гадости набралась?!» – возмущенно спросил неизвестный персонаж за кадром.
«Нормальный малый петровский загиб, – удивленно ответила кошка, – эти люди еще пять или шесть вариантов имеют, сами не знают, какой правильный. Первое, – снисходительно пояснила она, – чему научат русские, появляясь среди местных жителей, это правильно употреблять свои любимые выражения».
«Вот пусть они и употребляют, – недовольно произнес тот же закадровый персонаж. – Скажешь комуто не тому, непременно огребешь по дурной голове… А ты камеру выключи, нашел, что хранить для потомков».
Изображение исчезло, и снова замелькал снег.
– Это как? – ошеломленно спросила Люба.
– Живут среди них такие, – пожимая плечами, ответил Доцент. – Это не цирк, нормально разговаривают. Мы еще волков видели, а Кузнец медведя со львом, и вроде есть еще другие. Большинство, естественно, не порусски говорят, но считаются членами Клана наравне с людьми. Живут по тем же законам, и отвечать за обиду, нанесенную им, будешь как за человека. Даже имущество свое собственное имеют. Так что если кто боится больших зверей с когтями и зубами, способных при желании одним ударом корову прикончить, лучше не рисковать. Во время мятежа в Варшаве она несколько человек прикончила.
– Я хочу ехать! – уверенно сказал Сергей.
Иван повернулся всем телом и уставился на него.
– А где еще такое увидишь? – с вызовом спросил его сын.
– Это тебе не домашняя кошка, – с нажимом ответил отец. – Ее за хвост дернешь – без руки останешься. А нам придется жить среди них.
– Я пойду, – вставая, сказал Доцент, – поздороваюсь с ребятами. Заодно и проверю, насколько увеличилось количество мальчиков с прошлого раза. Идем, Серый, проводишь. Пусть они сами здесь думают.
Призрак свалил очередной мешок со спины в общую кучу и мысленно пообещал себе больше подобной дурью не маяться. Хорошо, что уже закончили. Не то чтобы это было тяжело. Прототип, благополучно померший своей смертью триста с лишним лет назад, был крепкий парень, да и нарастить себе дополнительную мускулатуру – тоже не великая проблема, но затраты энергии совершенно не соответствовали полученному результату. За работу в бригаде грузчиков платили сущую мелочь. Просто очень хотелось поближе посмотреть на происходящее, а посторонних на причал не пускали.
Обнаглел Зверь вконец. Тоннами оборудование тащит и людей приглашает к себе, размышлял он, посматривая на ругающихся. Один из них, размахивая руками не хуже ветряной мельницы и поминутно поминая чьюто маму, категорически не желал менять размещение груза. Он уже полчаса заливал про равномерное распределение веса и опасность переворота баржи при волнении воды. Что это огромное корыто в принципе способно накрениться и перевернуться – не верил не только Призрак, но и второй человек, громогласно требующий разместить на палубе дополнительно несуразный автомобиль на огромных колесах.
Совсем не соображает, какие могут быть последствия, с негодованием подумал Призрак. Одиндва человека – еще куда ни шло, но тут одних детей набилось на баржу больше десятка. Да еще и мамки с папками. Через год о возможностях оборотней будут знать все, и неизвестно, какая еще реакция от землян последует. Судя по идиотскому человеческому кино, они способны с одинаковой легкостью разбежаться в панике или устроить крестовый поход, убивая всех подряд. Нет, я пойду другим путем. Дорог много, и не обязательно идти по стандартной.
А что, интересно, люди смогут сделать, если кроме меня в Зоне появится не один такой умник? По виду нас не отличишь, серебро и махание крестом – нам под хвост. А люди – это ж стадо коров, протягивая жизняк за оплатой бригадиру, размышлял Призрак. Такие же глупые и не подозревающие, зачем они вообще нужны и почему их сладко кормят. Доить их не передоить. Вот конкуренции мне не требуется, пусть оборотни сидят всей компанией на юге. Хоть не бродят целым стадом по Зоне, а то начнут еще люди устраивать всякие дурацкие проверки.
– Ну что, деревня, – хлопая его по плечу, радостно воскликнул Славик, могучий простодушный детина возрастом давно за тридцать, но с умом пятнадцатилетнего. Поэтому только так его все и называли – Славик, хотя по возрасту давно должен быть с отчеством. – Пойдем отметим первую получку?
А «деревня» – это был он, Призрак. Попытка поименовать его Придурком была пресечена самым жестоким образом. После показательного перелома
