Их отправили в неизвестность практически без права возвращения. Они выжили и создали собственный Клан. Есть земля, есть уважение окружающих. Но если тебе что-то запрещают — это становится очень важным. Обойти запрет, добиться успеха там, где другие неспособны. Появилась возможность обойти правила — вперед, не оглядываясь на последствия.
Авторы: Лернер Марик
ответила Клыкастая. – Одного такого, готового разбить лоб о препятствие чисто из упрямства, тебе подсказала волчица.
– Да. Я говорю с тобой открыто и не собираюсь обманывать. Проще всего было бы прихватить их просто на обратном пути. Но тут получается конфликт интересов. На будущий год я вернусь, а он наверняка не один такой, и появятся еще желающие. А там уже недолго и до силовых методов. Ты пошлешь когонибудь, – я кивнул на дверь, – из своих обормотов выстрелить в окно. Я обязательно выстрелю из гранатомета в ответ. Люди заинтересуются. Зачем? Все проблемы можно решить тихо и не впутывая посторонних. Он должен роду? Я выплачу его долг, и с этого момента он вместе со своей семьей принадлежит мне. Избавиться от возмутителя спокойствия – хороший вариант для семьи.
– А ты знаешь, что Тед мой внук? – прищурившись, спросила Клыкастая.
– Нет, – сознаюсь и мысленно себе обещаю вставить хоть немного ума Черепахе по возращении, – какая разница? Его ребенок полукровка и никогда не займет положенного ему места в роду.
– А у тебя станет Вождем? – насмешливо спросила она.
– У меня жена человек, и она уже через полгода заставила себя уважать и слушаться. Люди иногда честнее и страшнее любого оборотня. Они привыкли жить по другим правилам. Сила не всегда главное, даже сила мага. Умелый мастер стоит намного больше. А уж мой сын в последних в стае ходить не будет. Постарайся всетаки понять. Мы принимаем всех! – с нажимом повторяю. – Какая разница, кем ты был до прихода в Клан и кем родился, все долги остаются за порогом. «Сталь против стали, клык или зуб против клыка и зуба, моя кровь – кровь Клана». И это не слова.
Она долго молчала, откинувшись на спинку стула и прикрыв глаза. Потом села прямо и посмотрела мне в глаза.
– Когдато мы тоже были возмутителями спокойствия в племени и ушли с юга, – сказала Клыкастая. – Там и кровь была, и братоубийство. Может, и изза этого мы всегда внимательно следили за настроениями в роду и старались не допускать вольнодумства. Всё должно быть с разрешения старших. Сами сделали то, против чего когдато боролись. И чтобы избежать междоусобицы, всегда бежали впереди общих настроений. Не так уж и просто было, – она усмехнулась, – вписаться в людское общество, в некоторых отношениях они очень неприятные типы, хотя в других откровенно наивны. Но наши дети все равно думают, что они умнее родителей. А некоторые – откровенные идиоты, не понимающие, куда и зачем лезут. Даже в этом случае они наша кровь, и торговать ими я не буду. Пусть тот, кто хочет, уходит с тобой, препятствовать не буду. Но, – она подняла руку, призывая к вниманию, – если они не приживутся у вас, то должны иметь право вернуться назад. И не просто право, туда ты их отведешь, значит, и назад проводишь.
Я согласно кивнул.
– Это не вопрос, – утвердительно сказала она. – Ты получил, что хотел. Теперь и мне хотелось бы услышать, в каких областях возможно в дальнейшем наше сотрудничество, и у меня есть еще коекакие вопросы. Ты знаешь, какая между нами разница?
– Так нет вроде, – осторожно отвечаю. – Вот рысей здешних я еще не видел, а с вами у нас разницы нет.
– Дело в том, – наставительно сказала Клыкастая, – что первыми сделали оборотней как раз здесь – на юге. Собак. Ваши, – она насмешливо улыбнулась, – разведчики просто нагло украли разработки и слегка разнообразили другими животными.
– Слегка, – обиделся я, – это еще два десятка видов?
– Ерунда, – отмахнулась она. – Принцип один. Зато глупости много. Никому не нужны кошачьи в таком разнообразии. Вот плюги и гномы с орками – чисто разработка ваших предков. Информацию, как выводить анхов и зеленых, наши предки ответно украли у вас. А плюги вообще самый первый опыт – неудачный, слишком тупые. Вас, кстати, сколько разных видов в Клане? – небрежно спросила она.
– Пятнадцать, – отвечаю, не видя причин скрывать.
– Угу, – ответила она, явно подсчитывая чтото в уме. – Водных, я так понимаю, нет, а кто еще отсутствует?
– Гиены… И не спрашивай почему, никто не знает. Не может быть, чтобы все вымерли.
Она опять посчитала и удивленно посмотрела на меня.
– Вы что, и крыс принимаете? Ну не мне вас судить… Расскажу тебе, раз такое дело, интересную вещь.
Она несколько секунд молчала. Потом негромко сообщила:
– Там, дальше на юг, начинаются джунгли. Огромная территория, покрытая лесами. И есть могучая река, текущая через огромные пространства земли и впадающая в океан. Мы, собаки, заселили там все. Есть совсем дикие племена, вроде крыс, есть неплохо развитые государства и города. Вот чего нет, так это других видов разумных, кроме морских и речных. Здешние оборотнилеопарды из озер – дальние родственники морских видов. Даже если появится
