Их отправили в неизвестность практически без права возвращения. Они выжили и создали собственный Клан. Есть земля, есть уважение окружающих. Но если тебе что-то запрещают — это становится очень важным. Обойти запрет, добиться успеха там, где другие неспособны. Появилась возможность обойти правила — вперед, не оглядываясь на последствия.
Авторы: Лернер Марик
переговоры не лезь.
– Да ладно, – обиделся он. – Уж и сказать ничего нельзя.
Месяца жизни в Новом Городе, как он вполне официально именовался, или Городе на озере, как говорили неофициально, чтобы отличать от всех прочих городов орков и гномов, для всестороннего понимания происходящего было явно недостаточно, но картина была не вполне идиллическая. Полного и всеобщего счастья, как и следовало ожидать, не наблюдалось. Кроме самого Города была еще целая сеть поселков, больших и малых. Жители их выращивали сельскохозяйственную продукцию, разводили скот. Еще имелись отдельно стоящие фермы.
Сам Новый Город (а название так и напрашивалось переиначить в Новгород, вот только это порусски звучит хорошо, а не на местных наречиях) вытянулся вдоль берега, где еще со старых докатастрофных времен сохранились останки широких пристаней. Вот вдоль них и стоял основной пояс зданий, возведенных в первые годы. Стандартные двухэтажные коробки из кирпича (тут вообще дома выше двух этажей не строили), поделенные так, чтобы выходы всех четырех квартир не пересекались и у каждого был свой маленький садик за забором. На плоских крышах стоят баки, обеспечивая теплую воду жильцам. Постройки совершенно не различаются ни по виду, ни по окраске, надо внимательно смотреть на номера домов и улиц, чтобы не перепутать. Улицы тоже названий не имели, только номера.
Второй, более узкий, пояс домов строился позже для тех, кто неплохо устроился и мог себе позволить выделяться из общей массы. Такие дома строились по индивидуальному проекту, на большом участке, за высоким забором, и тут уж хозяева старались превзойти друг друга в выдумке. У когото прямо средневековый замок, правда, минимального размера, у когото копия Белого дома или еще какой достопримечательности Земли. Некоторые смотрелись красиво, а некоторые были построены, явно чтобы показать богатство их владельцев.
Дальше шли общественные здания – школы, учреждения, больница и все прочее. За ними была, по сути, промышленная зона, где стояли фабрички, заводики, заводы – всё, что производило продукцию, на чем и жил Город, торгуя с соседями.
А вот за промышленной зоной находился еще один жилой пояс. Там проживали те, кто снимал комнаты, не желая жить с родителями, не имеющие по какимто причинам возможности купить собственное жилье в более респектабельных районах. Были еще отдельные кварталы, в которых проживали нелюди, а также лица, не имеющие гражданства.
Вот здесь и начиналось самое интересное. Новый Город жил точно по законам Древнего Рима. Граждане имели право на множество вещей, не доступных негражданам: медицинское обслуживание по сниженным расценкам, помощь больным и инвалидам, бесплатное начальное образование и прочее, включая возможность голосовать. Правительство было выборным, избранным на четыре года. Стать гражданином было очень просто – надо было родиться в семье граждан либо отслужить в армии или полиции десять лет. Проблема была в чем? Для того чтобы попасть в кадровые части (а другой возможности прослужить десять лет в армейских частях не существовало), надо было хорошо разбираться в технике и прекрасно говорить и писать на человеческом языке. Полиция ведь тоже не резиновая, и там требовалось доскональное знание городских законов. Странным бы было ожидать от зеленых и гномов подобных умений.
Вот егеря и собакиоборотни, жившие в единственном большом здешнем лесу и, соответственно, в отдельном городском квартале, проходили с самого начала по статусу союзников и гражданство имели, но без права голосовать на выборах. Все остальное было на общих основаниях с людьми. Впрочем, было несколько групп людей, как раз и не имеющих гражданства.
Индейцам это было неинтересно, курды жили слишком далеко. Было еще несколько категорий – представители разных сект, например, коих никто за своих не держал и к которым относились не самым дружелюбным образом.
Кроме того, в армии негласно был распространен принцип квот по приему добровольцев. Процент принятых на службу разумных других видов не должен был превышать процента гражданнелюдей того же вида. Хорошо это или плохо – интересный вопрос. С одной стороны, создавалась конкуренция и происходил отбор лучших, с другой, вполне естественно, была масса недовольных.
Был еще один вариант – двадцать лет отработать на государственной службе, но это давало только личное гражданство, не распространяясь на потомков. Вариантов такой службы было много. Существовали государственные предприятия, на которых можно было работать, ктото должен был пахать на карьере, добывая щебень и песок для строек, чистить оросительные каналы, строить дороги и мусор тоже убирать. За это платили невысокую по местным
