Их отправили в неизвестность практически без права возвращения. Они выжили и создали собственный Клан. Есть земля, есть уважение окружающих. Но если тебе что-то запрещают — это становится очень важным. Обойти запрет, добиться успеха там, где другие неспособны. Появилась возможность обойти правила — вперед, не оглядываясь на последствия.
Авторы: Лернер Марик
– Я – первая рога, вышел на место, – радостно орет связист. – Прием!
– Хр, хр, хр…
– С каким удовольствием я бы тебя оттрахал по возвращении за то, что заставил эту бесполезную вещь тащить, – со злостью говорит связист. – Теперь слышишь?
– Хр, хр, хр, – отвечает батальон.
На самом деле радист сказал гораздо грубее, но половину слов я просто не понял, несмотря на выученный язык. В армии очень часто использовали массу сокращений и профессиональных жаргонизмов. А с ругательствами у меня вообще были напряженные отношения. Почемуто страшно модным было ругаться на африкаанс, языке буров, который в мои познания не входил.
– Капитан, – позвал я командира роты. – Сюда иди!
Он, не переспрашивая, поднялся и подошел. Еще один пес, по имени Габриэль, сокращаемый подчиненными для удобства до Габи. Спортивный, атлетически сложенный парень моего возраста, с точными движениями хорошего убийцы. Странное дело, знакомы мы с ним всего ничего, но воспринимаю его как старого и проверенного в деле приятеля. Бывает такое. Редко, но бывает. Все равно как встретились девушка с парнем. Бац! – и любовь первого взгляда. И объяснить невозможно. Все сразу сходится. И интуиция кричит: он это, и запах приятный. То есть на самом деле воняет точно так же, как от всех прочих мужиков, оружием и потом, но для девушки запах единственный и неповторимый. Я не девушка, но подсознание упорно сигналит – свой. И дело даже не в том, что оборотень. Вокруг их столько, хоть в штабеля складывай, да и не считаю я местных собак своими соплеменникам. Какие мне, на фиг, псы родственники?
– Тебе что, не сказали, что я могу связаться с полком? – спрашиваю, доставая телефон.
– Армия… – выматерившись, отвечает он. – Все спланировано до мелочей, но самое важное довести до сведения забыли. Ни один нормальный план еще не выполнился полностью, как только доходит до реальных действий. Всегда чтото не предусмотрели, но, главное, противник совершенно не желает действовать так, как ты запланировал.
Я пожал плечами и стал набирать номер.
– И как много у тебя таких штучек? – терпеливо дождавшись, пока я доложу, и внимательно наблюдая за действием, спрашивает он. – Совсем не лишняя вещь в нашем деле. Хотя, – добавляет задумчиво, – иногда в отсутствии устойчивой связи есть свои преимущества. Можешь сам на месте решать, как правильно поступить, и никто не сидит у тебя на шее с указаниями. Только это хорошо для тех, кто готов брать на себя ответственность. Для лейтенантов с капитанами, а полковники инициативу проявлять не любят. За неудачу могут и наказать, ни к чему это. Вот будет резолюция вышестоящего, тогда совсем другое дело.
– Насчет приборчиков – это к начальству, – отвечаю ему. – На сегодняшний день я вашим армейцам продал только десять. До рот дойдет еще очень нескоро, но в будущем почему нет? Платить только надо. Ты дави на начальство, докладные пиши, и всем будет замечательно. Мне – куча денег, вам – нормальная связь. И страшную тайну открою. Через самолет можно говорить с другим, тем, что у второй роты на противоположном гребне. Будут дополнительные в каждой роте, совсем прекрасная жизнь настанет. Разговор почти как по телефону. Понятное дело, самолет должен работать, а не в мешке разобранным лежать. Сейчас, – показывая на лейтенантов, – они соберут, запустят, и можешь узнать, как дела на той стороне.
– А вы ребята хваткие, – с неопределенной интонацией говорит Габи.
– Мы – да! Только так и можно – брать земную технику и совершенствовать с помощью своих умений, применяя оставшиеся от предков Вещи. Соревноваться в строительстве заводов, производящих технику, не стоит. Все равно обставят. У людей опыта больше, и они знают, что с Земли тащить. Так что надо умело работать на стыке. Берешь электродвигатель и повышаешь время его работы и КПД. Потом продаешь в два раза дороже. Нормальный бизнес.
Он презрительно поморщился. А я сказал:
– А вы что – нет? Много я про собак слышал… Клыкастая то, Клыкастая сё… Странно, что многие оборотни на людей работают.
– Э, – скривился он, – да что ты понимаешь. Два месяца поболтался в Зоне и думаешь, что все знаешь. Со стороны кажется, что оборотни – монолит, стена, а на самом деле все совсем не так просто. Мы лет двести, с момента прихода в котловину с юга, беспрерывно воевали со всеми окружающими. Не только с крысами, но и с зелеными, и с гномами резались постоянно. Лишь с егерями жили почти дружно. Ну, бывали иногда недоразумения, но мы в лес почти не совались, а они к озеру. Нечего делить. Начиналосьто совсем не так, как сегодня выглядит, – усаживаясь поудобнее, наставительно сказал Габи. – Все делились на семьи, группа семей составляла род. У таких обычно один общий предок был. Во
