Их отправили в неизвестность практически без права возвращения. Они выжили и создали собственный Клан. Есть земля, есть уважение окружающих. Но если тебе что-то запрещают — это становится очень важным. Обойти запрет, добиться успеха там, где другие неспособны. Появилась возможность обойти правила — вперед, не оглядываясь на последствия.
Авторы: Лернер Марик
На обычного оборотня хватит, а на мастерапаука нет. А вот если вместе посмотреть, можно и что новое обнаружить и выучить. Книг для этого мало. Учиться надо постоянно, и желателен контроль со стороны.
– И вот что мне пользы, – скептически сказал Алексей, – если ни один паук не может работать напрямую с такими энергиями?
– Научишься работать с малыми, тогда и легче с большими будет… Не всегда надо озеро вскипятить, иногда важнее одну кружку для утоления жажды. И не требуется загонять в раненого энергии больше, чем ему нужно для залечивания раны. Слишком хорошо – тоже плохо. Или очередь выстроится до самого горизонта, и всем не поможешь, даже с практически бесплатным источником энергии, или появятся обиженные и недовольные. Медицинскую помощь обязаны ценить, а не считать само собой разумеющейся. Я всегда считала, что я много чего могу. И это правда, – с гордостью сказала Койот. – Лучше меня немногие умеют, у большинства специализация, а вот я универсал. Я могу вот так, – Алексей почувствовал, как невидимые пальцы щелкнули его по носу. – Или вот так. – На этот раз его чувствительно хлопнули по лбу.
– Так стукнуть я тоже умею, – возразил он.
– Только голова при этом у приятеля оторвется, – с насмешкой сказала Койот. – Чем сильнее паук, тем дольше он может работать с пациентом. Но ведь время не главное. И сила не самое важное. Можно вычистить опухоль или уничтожить инфекцию. Можно залечить рану или подстегнуть иммунитет. Даже залезть прямо в работающий орган, не мешая ему. Хоть в сердце, хоть в почки. Сжать камешек и, не повредив ничего, вывести наружу. Кости, мышцы, кровь восстановить. Только сила здесь не важна. Она дает возможность продолжительное время работать с пациентом – только и всего. То же самое можно сделать в несколько сеансов. Тут необходимы точность и знание, как отразятся твои действия на других органах и функциях организма. Если просто выдрать нарост с толстой кишки, который не особо мешал, можно получить внутреннее кровотечение и неминуемую смерть пациента. Все это надо знать прекрасно – от строения тела до его реакции на внешнее воздействие. Это приходит только с опытом. Чем больше работаешь, тем лучше результат.
Я не боюсь учиться и тренироваться. Это на всю жизнь. Остановишься – обгонят. Для того и у Разрезающей плоть была, а она тоже человеческим врачам совершенно не стесняется вопросы задавать. Нельзя знать все, но в своей специальности надо постоянно изучать новое. Я ведь тоже неоднократно брала уроки у других, хотя, совсем честно, никто не будет учить тебя всему, что знает, если он не Учитель на клятве. Учителя тоже не любят, когда ученики превосходят их. Нормально давать в обмен: ты учишь тому, что знаешь, они учат тебя незнакомому в ответ. Поэтому просить кого попало не стоит. Жену – можно. Вместе мы не просто альфасамец и альфасамка – мы гораздо больше. И это стоит некоторых уступок в личной жизни.
При этих словах Алексей хмыкнул.
– Так что всетаки происходит? – без перехода спросила Койот. – Что тут делают все эти посторонние типы? Всю дорогу до нашей рощи костры. Уже несколько сотен собралось. Орки к этому отношения не имеют, я бы знала.
– Собираются в поход в Междуречье, – пожав плечами, сказал Алексей. – Крыс гонять и облегчать им карманы. Долю обещал обычную. Здесь долго не задержатся. Как соберутся все приглашенные, так и отправимся. Желающих больше чем достаточно. Понравилось Народу чужое добро угонять не отдельными табунами, а сразу очень много. Выгодное дело и нам, и им. Мы порядок наведем, а они неплохо прибарахлятся.
– Вот так уедешь на пару десятидневок по делам, и оказывается, что многого не знаешь, – пробурчала Койот. – А ты меня еще хотел в Крепость отправить… Наверное, и сам не понимаешь, что страшнее Зверя на равнинах никого нет. Не будут со мной разговаривать. Вот поодиночке – другое дело. А на глазах у всех? Никогда!
– Да чем я так страшен? – изумился Алексей. – Никого не трогаю, ничего не нарушаю. Всех новеньких отправляю отсюда моментально. Даже оружия не продаю, самим мало.
– Вот это и плохо смотрится, – снисходительно пояснила Койот. – Вроде ничего не делаешь специально, а давно налаженную жизнь ломаешь мимоходом. Даже не собираясь, просто случайно. Торговлято уже идет на границе совершенно стихийно, купцы самопроизвольно завелись, как плесень, причем и орки, и наши. И от кошек ездят, и от росомах, и даже совсем из дальних мест. Платят за место и торгуют. Не с нами же обмениваются, ничего не нарушают. А что нам платят десятину, так это и не торговля вовсе, а просто подарок за то, что не выгоняем. Кто хозяин на земле – всем прекрасно известно, и что порядок будет наводиться самыми жесткими мерами – тоже. Идея вешать за оскорбления представителей вида
