Их отправили в неизвестность практически без права возвращения. Они выжили и создали собственный Клан. Есть земля, есть уважение окружающих. Но если тебе что-то запрещают — это становится очень важным. Обойти запрет, добиться успеха там, где другие неспособны. Появилась возможность обойти правила — вперед, не оглядываясь на последствия.
Авторы: Лернер Марик
иметь здесь постоянную точку. Домик купить или еще как.
Я бросил укоризненный взгляд на Черепаху и спросил язвительно:
– Ты собираешься очистить мое ложе от своей персоны? Не супружеское, но именно я за него платил все время.
– Заметим, – ехидно ответила Черепаха, – не из своих личных денег, а из клановых.
– Там очень долго придется разбираться, где кончаются деньги Зверя, а где начинаются мои. Я на это дело посадил Таню, посмотрим, что из нее за бухгалтер. Ято точно никакой.
Видя, что она не шелохнулась, я, со словами: «Ну, не хочешь вставать – как хочешь», – плюхнулся на кровать рядом.
– Меня такими вещами не смутить, я тебе не человек, старательно держащий дистанцию с противоположным полом. Мне, – обнимая ее, продолжаю, – самое милое дело пообжиматься, волосы подруге порасчесывать. Я слишком рано женился и очень многое упустил. С пауком это даже интересно. Похоже на извращение. Да еще и другой вид. Я чувствую себя страшным развратником.
Она чувствительно пихнула меня локтем в бок, но отодвигаться не стала.
– Вот видишь, – заявил я, погладив ее по спине, – вы только притворяетесь сильно умными и с глубокими знаниями, а на самом деле ничем не отличаетесь. Надо тебе пар спустить и перекинуться. Побегаешь на свободе, зайцем закусишь, сразу напряжение скинешь. Как люди без этого обходятся, я понять не могу. Ты заметила, что оборотни не сходят с ума?
– Это, – возразила она, – как раз не совсем так. От рождения не бывает, потому что мы, глупые пауки, за этим очень внимательно следим. А так – психи бывают. Дадут по башке – его и переклинит. Только такие редко заживаются.
– Это не считается. Физическое воздействие, от которого никто не застрахован. Другое дело психика. У нас как раз имеется прекрасный клапан, чтобы выпустить агрессивность. Да и вообще я подозреваю, что, перекидываясь, мы много от чего лишнего избавляемся. Недаром так долго сохраняем бодрость и ясность мысли. Маразматиков я вообще не помню, даже среди померших своей смертью.
– Всетаки с чего ты вдруг так веселишься?
– Так много причин. Дома побывал, сына потаскал на руках, на войну сходил, набрав трофеев на десять лет вперед. Зайца вот слопал, подловив на лежке, и сбежал от самого противного. Сейчас начнут делить трофеи, без скандалов и претензий не обойдется, потом выберут скотину получше и начнут массово резать остальную. Потрошить, коптить, вялить и солить – вонь будет страшная. И для всех масса работы, а я пока спокойно отдохну на кровати. И, самое главное, выяснил, что запросто могу стать миллионером. Всех куплюпродам, и еще останется на мелкие расходы.
– Это как? – повернулась она ко мне настороженно.
– А не скажу, – подмигивая, сказал я. – Ты вот тоже не делишься своими открытиями. Чего это я должен?
– Сколько мы знакомы? – спросила она задумчиво.
– Да вроде уже третий год пошел. Еще с тех пор, как в Большой Поход ходили.
– И работаем мы на пару не первый раз. Претензий ко мне не имеется?
– Масса, – вскричал я, с удовольствием наблюдая, как она обиделась, – но не к тебе лично, – поясняю. – К вашей гадской паучьей привычке зажимать интересную информацию. Не верю, что ты и Зверю все рассказываешь.
– Можно подумать, ты весь из себя честный!
– Ого! Я тут вычислил классную возможность подработать на «Ошейниках» для младших. Оказывается, собаки не умеют их делать. Честно обо всем доложил, теперь вся прибыль Клану будет принадлежать, а могла мне. А ты говоришь, – укоризненно качаю головой. – И вот сейчас явно хочешь меня наколоть, играя на моих исключительно дружественных чувствах. Не знаю, в чем, но узнаю. «Если раньше я тебя не обманывала, значит, и сейчас не стану» – это для себя оставь. Обязательно станешь, все зависит от цены вопроса. Ты жадная!
– Свинья, – буркнула Черепаха.
– Я медведь! А тебе, паук, явно чтото надо, и это от меня зависит. Была бы возможность, позвонила бы Лехе, а он бы мне просто приказал. Нет, ты чтото свое, отдельно от Клана, крутить хочешь.
Она усмехнулась:
– Я не особо и надеялась, но почему не попробовать. Учти, как делиться и что делить, я и сама пока не знаю, но будем договариваться по справедливости. Половина тебе, половина мне. У тебя, хм, есть то, что мне надо, – сообщила она, не желая точно называть, о чем речь, – а без меня ты все равно понятия не имеешь, что с ним делать и как привести в рабочее состояние. И, – многозначительно добавила она, – скорее всего и не узнаешь.
– Стоп, – сказал я и начал быстро мысленно проверять, что там у меня есть. – Ты про эти разделяющиеся на части квадратики из коробки? – переспрашиваю, тщательно обшарив закоулки памяти. – Больше ничего таинственного нет.
Черепаха снисходительно
