Их отправили в неизвестность практически без права возвращения. Они выжили и создали собственный Клан. Есть земля, есть уважение окружающих. Но если тебе что-то запрещают — это становится очень важным. Обойти запрет, добиться успеха там, где другие неспособны. Появилась возможность обойти правила — вперед, не оглядываясь на последствия.
Авторы: Лернер Марик
минуту, – шаря по карманам в поисках ручки, попросил я.
Серьезная мадам, у такой не забалуешь, сразу начала указания раздавать. Кажется, именно то, на что мы надеялись. Нет, госпожа Джоан, деньги мне твои не нужны, а вот связи – совсем другое дело.
– Ага, есть, – сказал я в трубку, – записываю. – Посмотрел и повторил номер.
– Правильно, – подтвердила она. – Буду ждать звонка. – И, не дожидаясь ответа, повесила трубку.
– Ну что? – спросил Рафик, заводя двигатель, когда я залез назад в «ведро с гайками» на колесах и захлопнул дверь.
– Пока все нормально. Даже не придется ехать смотреть на слонов. Она сама приедет сюда.
– Жаль, – всерьез огорчился он. – Никогда не видел в природе, только в детстве в зоопарке и в цирке. Когда мы это обсуждали, я думал, что это излишний авантюризм. Совершенно не представляю, как общаться с миллиардерами.
– Можно подумать, что твое предложение лучше. Зайти на оптовый склад, всем дать по ушам и вынести все, что там имеется, – это не авантюризм?
– Нет, – убежденно сказал он, – всего лишь мелкий грабеж, и потом нас никто не найдет. А что в голове у этих богачей, нам не понять. Не успеешь оглянуться, будешь прыгать под ее команду и под контролем. Наверняка у такой целая служба безопасности имеется, по размеру как весь ваш Клан. На что она способна, мы не представляем.
– У тебя комплекс неполноценности, – не согласился я, – вот мы практически уже миллионеры. Даже в здешних бумажках, а в тамошних понятиях вообще олигархи. Где миллионы, там и миллиарды, мелочи жизни. Я вот, например, раздумываю над необходимостью приобрести несколько танков. Одно останавливает: совершенно пока не требуются и страшно дорого, разве что для понта. И ничего, нормально общаюсь даже с простым народом. До сих пор не могу без содрогания вспоминать, как жрал эту паленую водку с хануриком после продажи браслета, но чего не сделаешь ради нашего правого дела. Ведь хотел купить что приличное, но ему надо было сразу в ближайшем киоске, пришлось давиться и пить.
– Ну не умер же, – съехидничал Рафик.
– Чем хорош наш Клан, – не стал я отвечать, – так это тем, что правительство в лице Лехи назначило нас олигархами и прямо и косвенно вкладывается в наши дела. Что там, на острове, что здесь. Прибыль поделим, а убытки непременно повесим на шею начальству. Это ж тебе не ерунда – интересы всего Клана взывают к нашей работе, а не выгорит, так нашей вины нет. Объективные трудности, жадные люди, подлые эльфы и еще множество причин. Даже потребовать у нас чтото нельзя, мы никогда на Земле не были.
– Ты бы не болтал раньше времени, – сказала Черепаха с заднего сиденья. – Плохая примета. Сначала стань миллионером. Камень мы еще не продали.
– Продадим, – уверенно отвечаю.
– Это кто? – с изумлением спросила она, глядя в окно на прохожих. – Эльфы?
– Вьетнамцы, – равнодушно сказал Рафик, – а может, китайцы. Кстати, видели, на улицах попадаются девицы с глазами, накрашенными так, что издалека думаешь, что тоже из Азии? Мода такая, в мое время не было. Скоро все будут ходить, щурясь и руками придерживая веки, а богатые к пластическим хирургам побегут за соответствующей внешностью.
Стоявшая сзади машина засигналила.
– Вот чего он сигналит? – возмутился Рафик. – Красный свет на светофоре. Нервные здесь все какието!
– Завидуешь, – убежденно сказал я. – Оно ведь и в обратную сторону работает. Ни одна симпатичная девушка не посмотрит в твою сторону, если у тебя узкоглазости нет. При этом только одна из десяти, если не из ста тысяч, видела эльфа вживую.
– Останови, – потребовала Черепаха.
Рафик послушно затормозил у обочины.
– И это будет вот так, – пробормотала она, изучив какуюто непонятную загогулину, которую держала в руках, и старательно рисуя линию на карте города. – Вот и третья, здесь они пересекаются…
– Мне даже смотреть не надо, и так понятно, что в квартале ЭГО, – пояснил я Рафику. – Это такой ученый способ морочить голову, именуемый, если я правильно помню, триангуляцией.
– Пеленгация, неуч, – возмутилась Черепаха.
– Ну пусть пеленгация, – миролюбиво согласился я. – Мы ж не попремся к нему в гости прямо так? Надо снять квартиру на несколько дней, побродить вокруг, изучая обстановку, а мне еще мотаться в Москву на разные встречи. Потом, Протей утверждает, что они время от времени всетаки в город из своего квартала выходят. Он у нас большой любитель газет и сплетен в Интернете, так что знает, о чем говорит. Лучше всего, если на разведку пойдет Рафик с большой породистой собакой.
– Свинья, – внятно сказала Черепаха.
– Ну чем тебя этот вариант не устраивает? – повернулся я к ней. – Ни один умник не догадается, а человек с собакой
