Их отправили в неизвестность практически без права возвращения. Они выжили и создали собственный Клан. Есть земля, есть уважение окружающих. Но если тебе что-то запрещают — это становится очень важным. Обойти запрет, добиться успеха там, где другие неспособны. Появилась возможность обойти правила — вперед, не оглядываясь на последствия.
Авторы: Лернер Марик
выводы. Ладно, считай, договорились. Папы из меня для тебя не выйдет, сама сказала, только старший брат. Но начальник я суровый, про порку не зря говорил. – Катя скептически улыбнулась. – Есть очень большая разница между наемной силой в твоем лице и моей младшей сестрой, – объяснил я. – Мы не кавказцы, но и у нас там идти против старшего – всего равно что писать против ветра. Меры будут приняты немедленно и вряд ли понравятся провинившемуся.
Катя, глядя исподлобья, слушала молча.
– Теперь так. Послезавтра отправляемся, вечером подойдешь, я тебе прочитаю краткую лекцию, как себя вести. Будет интересно. Сейчас уже некогда, идем домой. Тем более что посторонние случайные уши мне без надобности, и давно пора готовить ужин. Чья обязанность?
– Моя, – с готовностью подтвердила Катя, вставая. – А кота можно взять с собой?
– Хорошая мысль, – одобрил я, – будешь убирать за ним еще и там.
Вечером я, Рафик и Черепаха отправились «отдавать должок». Только зашли в ресторан, как сразу заметили того самого жадюгумента, «клиента», сосватанного Кривым в ответ на неоценимую услугу по обеспечению меня надежной ксивой.
– Идем, – сказал я Рафику, поднимаясь, когда увидел, как Черепаха чтото спросила у «клиента» и проследовала к выходу.
– Что, – поспешно допивая свой кофе, поинтересовался Рафик, – мы не будем сидеть в этом симпатичном ресторанчике? Даже не поедим? А зачем тогда приходили?
– На всякий случай, – вынимая деньги и кладя их на стол, говорю ему. – Самому было любопытно, как это со стороны смотрится.
– Что «это»? – с недоумением спросил Рафик, топая за мной следом.
– Как глаза отводят. Хорошо на это со стороны посмотреть.
Мы вышли на улицу и направились к припаркованной машине.
– Черепаха настоящий Мастер, – с уважением сказал я. – Одно дело знать, совсем другое – видеть, как это бывает. Отвести глаза одиночке – это многие могут, но сразу целому залу, да еще и мне в придачу, притом что я ждал, – это непросто. Очень непросто.
– Да что она сделала? – уже злясь, спросил Рафик.
– Неужели тебе не интересно сюрприз увидеть?
Я предупредительно забежал со стороны пассажира и, поклонившись, открыл дверь не хуже дворецкого перед герцогом. Паучиха снисходительно кивнула, показывая, что оценила внимание и проявленное уважение. Царственно забралась внутрь, привычно задрав ноги на переднюю панель. Кресло, где Черепаха сидит, всегда в полулежащем состоянии.
– И долго ждать? – спросил меня Рафик, когда я вернулся.
– Минут пять, думаю. Пока мы вышли, пока дошли… О! Уже началось. Не думал, что так быстро.
Рафик с недоумением посмотрел на выход. Я тоже ничего не видел, но орали внутри знатно. Тут и он услышал. Сначала очень слабо сквозь закрытые двери донесся звук выстрелов, потом с грохотом разлетелось большое зеркальное окно. Не так его просто разбить, как это происходит в кино. Там толщина изрядная. Ктото хорошо постарался. Внутри человек кричал на одной постоянной ноте, что очень смахивало на вопль перепуганного раненого, и доносилось самое настоящее рычание. Мимо нас к ресторану с топотом пронеслись два охранника.
Дверь с грохотом ударилась о стену, и на пороге показался наш любимый жадный мент. Вся респектабельность кудато испарилась, и больше всего он был похож на взбесившегося зверя. Глаза красные и выпученные, даже издалека видно. Изо рта на подбородок тянется струйка слюны. В руках пистолет. Он попытался выстрелить в охранников, но только раз за разом бессмысленно щелкал, нажимая на курок. Те, при виде такого безобразия, не стали задавать вежливые вопросы и с ходу огрели его дубинками. Парни были вовсе не пенсионеры и били всерьез, но, кроме как того, что он выронил бесполезный пистолет, ничего не добились.
Озверевший мент шагнул вперед и ударил кулаком так, что одного из охранников отбросило в сторону. Его затылок со смачным стуком приложился об асфальт.
Рафик дернулся.
– Не вмешивайся, – сказал я сквозь зубы, хватая его за руку. – Еще не хватает нам в свидетели попасть.
Черепаха в это время истерично жаловалась по мобильнику, купленному на чужое имя, на злобного негодяя, стреляющего в ресторане и избивающего без причины посетителей.
– Уже едут менты, – сообщила она нам, закрывая телефон и с интересом наблюдая за зрелищем. – Без меня вызвали.
Второй охранник явно чемуто учился вроде бокса – он быстро скакал вокруг противника, не давая себя достать, иногда угощая того хлесткими ударами. Не проявляя никакой реакции, мент с рычанием шел напролом, и они быстро перемещались по всей стоянке. Первый так и продолжал неподвижно лежать, не делая попыток встать.
С громким завыванием и противным, бьющим по
