Их отправили в неизвестность практически без права возвращения. Они выжили и создали собственный Клан. Есть земля, есть уважение окружающих. Но если тебе что-то запрещают — это становится очень важным. Обойти запрет, добиться успеха там, где другие неспособны. Появилась возможность обойти правила — вперед, не оглядываясь на последствия.
Авторы: Лернер Марик
или совсем не возвращались. Делиться последним источником продовольствия никто не собирался.
Выхода, собственно, не было, соседи, хоть дружественные, хоть враждебные, точно так же ничего не имели. Даже полностью перебив их, взять было особо нечего. Но они и сами не прочь были поживиться за чужой счет. Все Великие равнины горели в огне, который постоянно выплескивался наружу. Зеленые и анхи не имели ни одного спокойного дня. Это были не набеги из удальства – забирали все подчистую и с хозяевами не церемонились. Те отвечали не меньшей жестокостью и несколько раз громили приграничные рощи.
Решиться на то, чтобы бросить землю, было совсем не просто, и многие остались. Но большинство пошло за призрачной надеждой, поднятые пауками, которые были уверены, что следующего года племя может и не пережить. Почти три тысячи километров прошли волки, начиная с первого поселка и постепенно вбирая в себя всю большее количество Народа. Отряды бесконтрольно разрастались, обремененные имуществом и женщинами с детьми, и невольно становились все менее боеспособными, но общее количество стало таково, что любой обычный род, вставший на пути, просто был бы втоптан в землю массой надвигающихся толп. Проходя через рощи чужих племен, отбирали подчистую еду, что вовсе не прибавляло любви к переселенцам, и это рано или поздно должно было довести до большого столкновения. Мелкие стычки происходили каждый день, и в них постоянно несли потери обе стороны. Вокруг исходников постоянно кружили мелкие отряды, больно кусая, но не пытаясь дать сражение. В одном из таких столкновений погиб сотник, после чего Темный Ветер занял его место.
Каждый отряд шел самостоятельно, в составе собственного рода, но связь между отрядами поддерживалась плохо, общего руководства не было. Ночами получали указания о месте следующей стоянки. Так колонны и обозы не мешали друг другу. Кроме того, всетаки несколько больших воинских отрядов, разбитых на сотни и тысячи, шли впереди и с боков, прикрывая неорганизованную массу.
Измученные, одетые в рванье, волки шли около повозок, запряженных полуголодными лошадьми. Шли целыми днями, делая короткие привалы в полдень. Весь путь был усеян брошенными повозками, трупами лошадей. Иногда, вынужденные спешить, бросали даже еще полуживых, неспособных двигаться. Идущие сзади на ходу, не останавливаясь, отрезали куски плоти от павшей скотины. Большую часть пути приходилось идти пешком, чтобы помочь еле передвигавшим ноги коням. Шли молча, не обращая внимания ни на что, кроме своего коня. Остаться в степи без скакуна – почти верная смерть. Дети не плакали, и разговоры были только по делу. На самом деле почти никто не задумывался, а что, собственно, будет, когда они дойдут всей толпой до цели. Если Зверь не захочет помочь, не будет другого выхода, как идти в лес, где им будут совсем не рады. Впереди, возможно, смерть, позади уж точно. Отставшие погибали под клинками тех, кого волки успели ограбить раньше в пути. Объединение врагов и общее нападение было только вопросом времени.
– Быстрее, быстрее, – хрипел сорванным голосом Темный Ветер. – Фургоны ставь вплотную друг к другу. А тебе что надо?
– Смотри, командир, что они везли, – недоуменно сказал боец. В руках он держал длинную цепь из опрокинутой повозки.
– Цепи? Прекрасно! Связывай колеса, – радостно прохрипел Темный Ветер.
– Цепями связывать колеса, – заорал Гриф, исполнявший последний час роль громкоговорителя. – Быстрее, сучьи дети, – заорал он на возчиков. – Вы что думаете, вас не кончат? Мы все здесь смертники! Работать!
Сотник изумленно уставился на него.
– А что? – заявил Гриф, заметив взгляд. – Мало ли что ты раньше не слышал. Просто ругаться надо вовремя и к месту, чтобы действовало.
Гриф был примат, и толком его никто не знал. В общей неразберихе и постоянных стычках ктото пропадал бесследно, ктото прибивался к другим отрядам, идущим в одну сторону. Не только волки, но и приматы шли к границе. На происхождение сейчас внимания не обращали, главное было держаться в месте. За две десятидневки знакомства он доказал, что может быть воином не хуже других, исполняя обязанности на равных. Физически он был подготовлен прекрасно и, как вскоре все убедились, фехтовать умел не хуже. Вот только это был индивидуальный стиль дуэльного бойца, а не бой в составе группы. Типичное обучение богатых и не ходивших в обычные набеги.
А еще он был страшно вежлив и не ругался. И ничего не рассказывал о себе, только имя назвал. Его род жил достаточно далеко, и толком о Грифе никто ничего не знал. Оружие и одежда него были высокого класса, но сейчас он был всего лишь дин из десятка и честно выполнял, как все, свои обязанности.
Им повезло. Вставшая
