Их отправили в неизвестность практически без права возвращения. Они выжили и создали собственный Клан. Есть земля, есть уважение окружающих. Но если тебе что-то запрещают — это становится очень важным. Обойти запрет, добиться успеха там, где другие неспособны. Появилась возможность обойти правила — вперед, не оглядываясь на последствия.
Авторы: Лернер Марик
индеец, который пользуется определенным влиянием в резервации. Мне очень не нравится, во что превращается мое племя. В школах не учат нашу историю и внушают чуждые нам понятия. Коекто уже неспособен нормально говорить на родном языке. Множество навахо спивается. Мы так стараемся походить на белых, что запретили курение в общественных местах и обсуждаем возможность браков для пидоров. Наш вождь, – с сарказмом сказал он, – считает, что запрет – это вмешательство в личную жизнь. Еще пара поколений – и нас просто не станет. Таких, готовых на переселение, наберется не более трех тысяч из полтораста. Большинство предпочтет спиваться. Меня это не устраивает, но идти в неизвестность тоже не лучший выбор. Люди просто боятся, да и оставлять свою землю жаль. Теперь я могу говорить подругому. Можно медленно вымирать, а можно попробовать свободу на вкус. Хуже не будет. Я давно ждал подобного случая. Думаю, не я один. На всей Земле сидят такие старики в надежде на весть и новый шанс. Но я не просто старый индеец. Очень многие меня послушают. Ты ведь тоже хочешь чтото получить? Никто, кроме меня, не узнает о твоей роли. Если остальное в моих силах – получишь. Два, три десятка людей, готовых выполнять твои приказы и убить, если понадобится. Есть возможность получить и больше, но это будет опасно. Слишком много в курсе, есть риск, что ктото сболтнет лишнее. Если нужны деньги, – он махнул в сторону стола, – продадим. Есть нужные контакты, ты свое получишь. Это не мои парни, но по старой памяти уважают. Не всегда я был дряхлым и слепым.
– Деньги мне ни к чему, – отвечаю. – Стал бы я иначе отдавать такую вещь. Документы нужны чистые. Иногда люди для помощи. Купить коечто, не засвечиваясь. Иногда вполне официально.
– Это без особых проблем, – спокойно сказал старик. – А вообще, можно купить, а можно ведь и бесплатно взять. Есть люди, которым совершенно не захочется покидать здешние места. Они и так неплохо живут. Здесь украсть, там ограбить. Тебе с ними дела иметь не придется, я все решу сам. А документы… Сейчас обсудим.
Он достал изпод подушки дорогую модель мобильника и нажал кнопку на ощупь.
– Правильно говорит, – мыслеречью сообщила Черепаха. – Украсть – оно лучше. Тем более если это сделают за нас. Сработаемся.
– Ну вот, – сказал Охотник на гуков, выключая телефон. О чем речь шла, мы все равно не поняли. Не было раньше необходимости еще один язык учить. – Сейчас подъедут. Заберут кокаин и вас проводят. Придется ехать в ЛосАнджелес, прилично заплатить, – я непроизвольно кивнул, забыв, что он не видит, – но все по высшему разряду. Выдержат любые проверки, и информация о личностях не сохраняется. Для самих же продавцов опасно такое хранить. Теперь давайте поговорим подробнее, чем мы можем друг другу быть полезными. И, – повернув голову в сторону Черепахи, сказал он, – девушка тоже может не молчать, а то я чувствую себя както неуютно.
– А мне говорили, – немедленно сообщила Черепаха, – что индейцы до сих пор торговаться не научились.
– Я разве торгуюсь? – удивился старик. – Вы получите, что попросите, теперь совсем немного конкретной информации исключительно для моих ушей. Точно и четко. Откуда уверенность, что выход именно там. Климат. Растительность и животные. Домашние и дикие. Отличия от земных. Опасности. Что необходимо взять с собой в первую очередь. Взаимоотношения с соседями. Возможность получить свою землю, на каких условиях. Полезные ископаемые, сельскохозяйственные вредители, незнакомые растения и насекомые. Болезни скота. Поподробнее о врагах и соседях. Возможность получать с Земли необходимое и каким образом. Ты говори, а если понадобится, я еще уточню и добавлю.
Я оглянулся на Черепаху и, вздохнув, приступил к рассказу, тщательно подбирая слова, чтобы не засветить заранее наличие Клана и оборотней вообще.
– Уже садимся? – зевнув, спросила Черепаха.
Она так и не приспособилась к полетам и потому применяла в самолетах стандартную тактику борьбы с собственными похоронными настроениями – через пять минут после взлета засыпала и просыпалась только к посадке. Все лучше, чем нервничать, выглядывая в окно, не отвалился ли двигатель. Как может летать многотонная туша самолета, Черепаха не понимала и невольно боялась. А какая, собственно, разница? Как работают порталы, мы тоже не знаем. Боимся, а идем. На машине тоже ездить опасно, да и просто пешком ходить – были случаи, когда с неба падали обломки самолета прямо на голову.
– Да, госпожа Петерсон, – подтверждаю я. – Только что нас порадовали сообщением о прилете в аэропорт имени неизвестного мне Тамбо. Наверное, большой
