Их отправили в неизвестность практически без права возвращения. Они выжили и создали собственный Клан. Есть земля, есть уважение окружающих. Но если тебе что-то запрещают — это становится очень важным. Обойти запрет, добиться успеха там, где другие неспособны. Появилась возможность обойти правила — вперед, не оглядываясь на последствия.
Авторы: Лернер Марик
на машинах, система наблюдения за местностью, лазерный дальномер со встроенными – дневной и ночной – камерами. По размерам близок к полевому биноклю. На Земле только в будущем году должен поступить на вооружение в больших количествах, на уровень командиров взводов. Системы охраны объектов с датчиками и прочими причиндалами. Десятки армейских радиостанций. Портативные, носимые и размещаемые на транспортных средствах. Все они имеют встроенный модуль засекречивания связи и могут использоваться для формирования как радиотелефонных сетей, так и каналов передачи данных. В теории, после дополнительного экранирования, не будет проблем со связью. Тем более все это идет в Междуречье и на сами реки, а там помех минимум.
– Зачем, если имеется «Телефон»?
– «Телефоны»то есть, но всего одиндва на поселок, и они привязаны к владельцу. Почему бы не поставить отдельную общую связь для всех. На корабли наши торговые тоже имеет смысл. Опять же радары для судов разного радиуса действия – от восьми до пятидесяти миль. Специально для морских и речных судов. Гидролокаторы, эхолоты для промера глубин и телевизионнооптические системы, системы ночного видения, чтобы не подловили очередные пираты на Дунае, в отместку за наши подвиги, тоже не помешают. А еще в США проводились испытания по программе «Пехотинец». Опытный образец включает в себя пять подсистем: подсистему головного шлема, подсистему индивидуальной связи, объединенную с портативным компьютером, подсистему интерфейса оружия, подсистему защиты и подсистему микроклимата. Пока все это на стадии разработки и нормально работает не больше полутора часов. Туда же входят два портативных компьютера, две радиостанции для индивидуальной связи и общего разговора, шлем, выдерживающий прямое попадание 9миллиметровой пули и обеспечивающий защиту глаз от лазерного излучения. А еще в него встроены переговорное устройство, видеокамера, приборы ночного видения, тепловизор и оптическая система прицеливания. И еще масса всяких примочек имеется – вроде возможности по ведению прицельного огня из личного стрелкового оружия с закрытых огневых позиций, не подвергаясь риску обстрела. Десять комплектов для изучения лично для нас. Вряд ли полностью скопировать удастся, но направление развития и улучшения вполне возможно понять. Вот этому абстрактному пехотинцу приходится таскать на себе четыре батареи по килограмму весом. При установке «Накопителя» можно добиться часов тридцати работы вместо двух с половиной.
– Откуда у индейцев такие деньги? – недоумевая, спросил Доцент. – Это миллионы долларов. Не один, а именно много миллионов.
– До тебя не дошло. Это не деньги какогонибудь Торпа или Соколиного Глаза. Это деньги Клана. Они купят и нам отдадут. А мы отдадим им их собственное добро, которое они изза превышения разрешенного веса провезти не могли. Там на складе у Гнома стоят, если я правильно помню, полсотни армейских американских пятитонных грузовиков М939, набитых ящиками. Они проектировались для использования в условиях бездорожья – со специальными шинами. Эти машины в разных модификациях много лет в армии использовались, и сейчас их заменяют новой моделью, так что они достаточно дешевы. Не больше девяноста тысяч. Грузим на баржи и привозим краснолицым. Навахо получат намного больше, чем могли бы провезти с Земли, а мы получим то, что нам необходимо. Со стороны смотрится как красивый обмен, и проверить точно, сколько и чего мы и они получили, невозможно. Потом под это дело чтото еще всплывет, и никто не удивится.
– Пусть так, но откуда у Гнома миллионы долларов? Это ведь не украсть машину с грузом! В это я верю, но подломить банк в одиночку или даже вдвоем, а потом расплачиваться наличными – бред!
– Ну захочешь – сам спросишь, – миролюбиво ответил Рафик. – Может, и соизволит ответить. Ты как маленький, ейбогу. Мало у нас здесь всякого добра, которое можно загнать на Земле? Тут основное – не нарваться на когото, кто машинально оторвет вместе с руками, в самом прямом смысле. Они очень долго готовились, – задумчиво сказал Рафик. – Не меньше двух лет, а может, и больше. Все тщательно прикинули: куда, к кому и зачем – и только потом действовать начали. Расспрашивали вроде бы случайно разных разговорчивых о том о сем. – Он ухмыльнулся. – Тебя, между прочим, тоже. Про старых знакомых, про то, как выйти на вполне добропорядочных внешне деятелей, но имея на них убойный компромат. Напрягись, наверняка чтото да вспомнишь. Так, под рюмку и соленый огурчик разговор ни о чем, но о прошлой жизни. Кого ловил и кому помогал.
Доцент скривился.
– А чем ты лучше меня? – с вызовом спросил он.
– А ничем, – легко согласился Рафик. – Гном вначале как раз на тебя виды имел.
