Все началось, когда в газетах поднялся очередной шум про пришельцев. Очень скоро стало известно, что именно можно было получить у пришельцев. Здоровье. Они вылечивали практически любого больного, от которого отказывались врачи. Человек подписывал обязательство на срок от трех до десяти лет, очень редко больше, в зависимости от тяжести болезни. Он был обязан отработать в неизвестном месте, где должен был неизвестно чем заниматься весь срок. Разрыв контракта раньше времени не предусматривался. Вернувшиеся ничего не помнили и не могли рассказать, да и не все возвращались. Вопрос спасти мать от смерти или не подписывать договор, для Алексея не возникал.
Авторы: Лернер Марик
— Нет.
— В общей базе данных вы оба не значитесь, но хоть явно и не являетесь мечеными, что-то с вами не в порядке. Пришли неизвестно откуда, теперь целую экспедицию организовали и маяки берете.
— С нами очень сильно не в порядке, — удивленно подняв брови, доложил я. — Мы родились в Диком поле и всю жизнь там прожили. Родители наши были с изрядным заскоком, жизнь на природе предпочитали общению с людьми. Мы, как взрослыми стали, решили проверить, где лучше, самостоятельно, а не по рассказам. Много интересного выяснили. — И я со значением посмотрел на стол, куда он спрятал сверток. — Мы хотим хорошо жить, а не огороды полоть и картошку сажать. Здесь есть много того, что стоит купить, а там немало такого лежит бессмысленно, что в Зоне ценится. Очень взаимовыгодный обмен. А что касается мечености… Можно? — Я показал на лежащий на столе ключ от двери. — Не очень жалко? — И демонстративно свернул его в спираль. — Мы хоть и из Дикого поля, но учителя были хорошие, много рассказывали про жадность. Есть желание заработать свой процент, что понятно и объяснимо, а есть желание кинуть. Не стоит нас провоцировать на жесткие меры. У нас отсутствует это… уважение к разным неприятным людям, гномам, оркам и прочим эльфам. Там быстро привыкаешь ценить слово и обманщикам кровь пускать. Дикое поле большое, искать долго будут.
— Ты меня не так понял, — быстро сказал анх.
— Вот и хорошо. Ты меня тоже постарайся понять. Мы свою землю собираемся официально оформить, налоги заплатить и продолжать торговать. Тебя, Трифон, мы уже знаем, и другие посредники нам ни к чему. Больше цепочка — дороже будет. Спасибо за внимание и понимание, — сказал я, вставая и заканчивая разговор. И уже на пороге, открыв дверь, обернулся: — Слушай, я чуть не забыл. Скажи, а есть возможность аппаратуру присобачить на обычные радиоуправляемые модели? Все-таки очень дорого.
— Я проверю, — пообещал анх. — Только это может оказаться еще дороже. Отдельно модель, отдельно аппаратура потом установка. Проще брать у специализированной фирмы, занимающейся производством профессионально.
— Но ты проверишь?
— Нет проблем. Только у меня тоже просьба.
Я всем видом выразил готовность выслушать и сделать.
— Не надо лишних посвященных. — Он скосил глаза на ящик стола. — Вы с Марией в курсе, и достаточно.
— Здесь больше никто и не знает. Если придет кто-то, кроме нас двоих, смело посылай на три буквы… А вот там у нас большое семейство. Ты ж не думаешь, что в одиночку это легко достать и приготовить? Есть такой Алексей Михайлов, из новых приезжих. Третий год на планете, а сумел сестре понравиться и жениться. Вот он нас и соблазнил посмотреть на другой мир. Если с нами что случится, он появится. Есть у нас контрольные сроки. Так что раньше осени новых гостей ждать не надо.
Мы с Черепахой и мохнатой командой сидели на носу медленно идущей вниз по течению баржи. Река меня впечатлила — у нас таких нет, чтобы берег еле виден был. А вот баржи нет. Обычное такое корыто из тонкого металла. Ни нормальных очертаний, ни скорости, ни вида. Хотя есть достоинство — низко сидит в воде, можно причалить к берегу практически в любом месте. Мне гораздо больше понравились два пулемета «Корд» — на носу и в хвосте баржи, и цинки с боеприпасами, погруженные в трюм. Магазинов с услужливыми продавцами в нашем путешествии не предвидится, а готовым надо быть ко всему. Баржу внутри полностью забили ящиками с самыми разнообразными вещами, а наверху, прямо на палубе, в тесной загородке торчали лошади. По одной на каждого и две на фургон. Больше не помещалось.
— Вот это по-русски называется «Жаворонок», — сообщил я Черепахе, доставая из одной из сумок корпус беспилотника и присоединяя к нему крылья. — Очень удобная конструкция, один щелчок, и все встает на место.
Солнце уже клонилось к закату, но пока не устроились по своим местам и меня не перезнакомили с постоянной командой Рафика, пока я не показал каждого своим волкам для обнюхивания и запоминания, мы так и не смогли с Черепахой пообщаться без чужих. Вот и сейчас в стороне стояли Даша и Доцент и разговаривали, время от времени поглядывая на нас. На всякий случай я говорил на мыслеречи.
— Так с какой стати Даша едет с нами? — продолжая собирать самолет, поинтересовался я.
Черепаха помялась и нехотя сообщила:
— Она Сновидец. Иногда такие появлялись среди Народа. Даже помимо желания они видели сны, в которых были события будущего, а иногда и прошлого. Если же Сновидец проходил соответствующее обучение, он мог специально отслеживать будущее конкретных разумных, и чем сильнее он был, тем дальше в будущее мог заглянуть. Вот только не любили Сновидцы делиться своими знаниями. Кому приятно услышать,
