Все началось, когда в газетах поднялся очередной шум про пришельцев. Очень скоро стало известно, что именно можно было получить у пришельцев. Здоровье. Они вылечивали практически любого больного, от которого отказывались врачи. Человек подписывал обязательство на срок от трех до десяти лет, очень редко больше, в зависимости от тяжести болезни. Он был обязан отработать в неизвестном месте, где должен был неизвестно чем заниматься весь срок. Разрыв контракта раньше времени не предусматривался. Вернувшиеся ничего не помнили и не могли рассказать, да и не все возвращались. Вопрос спасти мать от смерти или не подписывать договор, для Алексея не возникал.
Авторы: Лернер Марик
защищать его. Мы, четверо, одна семья. Остальные нуждаются в поручителе и испытательном сроке.
Она по-кошачьи гибко поднялась, шагнула к Живому и встала на колени. В руке Старшая держала вырезанный из дерева стаканчик. Потом достала нож и, полоснув по руке, выдавила кровь в сосуд. Кровь не водица — на крови клянутся всерьез. И спрос за это высок. Добровольно смешивающие кровь связывают себя обязательством, нарушив которое своими же родичами будут считаться бесчестными. Были случаи, когда таких убивали, чтобы не пятнали позором семью, из которой происходил лжец. Очень редко такие клятвы дают.
— «Я клянусь на своей крови и своей честью, что признаю тебя своим отцом со всеми правами и обязанностями, предусмотренными законом и традициями нашего Народа», — произнесла слова клятвы Старшая.
— «Я клянусь на своей крови и своей честью, что признаю тебя своим отцом со всеми правами и обязанностями, предусмотренными законом и традициями нашего Народа», — повторила за ней Младшая обязательную формулу, добавив в стакан и свою кровь.
— «Я клянусь на своей крови и своей честью, что признаю тебя своим отцом со всеми правами и обязанностями, предусмотренными законом и традициями нашего Народа», — присоединилась к ним Охотница.
Живой с каменным лицом выпил кровавый коктейль и проделал ту же процедуру по собиранию крови. Стаканчик пустили по кругу.
— «Я клянусь на своей крови и своей честью, — дождавшись, пока отпили все, сказал он, — что буду всегда ставить интересы семьи выше собственных интересов».
— И еще я добровольно возьму на себя обязанности вашей общей мамочки. — Охотница довольно рыкнула. — Особенно в его отсутствие. Кто возражает, имеет возможность высказаться сейчас, и это будет в последний раз. В будущем, — она продемонстрировала мощную лапу, сжатую в кулак, — не потерплю! Молчите? Правильно. Я тут единственная, кто по-любому может быть объективной, и вобью позволившего себе лишнего в землю.
Никто ей и не пытался возразить: ее лапа — серьезный аргумент.
— Встретимся у Зеленой скалы, — продолжила она. — Все знают, где она находится? Вот и хорошо. Соберемся и вместе пойдем дальше. Поручитель перед Кланом нам пригодится — не сами пришли. Что сидим? Была команда спать!
Плеча осторожно коснулись, и Живой моментально сел, держа руку на рукоятке клинка. Костер догорел, при свете Луны была видна Охотница, сделавшая резкий жест. Он прислушался. С северной стороны приближался верховой. Ехал он совершенно не скрываясь и даже вроде нарочно шумел.
Вот только ночью по равнинам не ездят без причины, а там, где один демонстративно шумит, вполне может оказаться целый отряд тихушников.
Всадник подъехал к холму, спрыгнул с коня и громко и насмешливо спросил:
— А можно получить разрешение спокойно подойти, не опасаясь получить кусок железа под ребра от этих милых девочек?
Голос был знакомый, а в запахе невозможно ошибиться.
— Когда это у моего костра обижали гостя, — пробурчала Охотница и пихнула в остывшие угли растопку.
— У твоего никогда, — приближаясь и демонстративно показывая свободные от оружия руки, охотно согласился гость. — Вижу тебя, Охотница, и рад, что хорошо выглядишь. Только мне нужен вот он.
— Такие опасения не в твоем характере, Железная Лапа, — удивился Живой. — Мне всю жизнь, наоборот, казалось, что ты не прочь проверить, кто из нас лучше. Я здесь такой же гость и не собираюсь нападать на пришедшего. Закон гостеприимства для меня свят. Ты явился открыто и спросил разрешение у хозяина. Тем более к тебе у меня никаких претензий нет.
— Вот и хорошо, — сказал пришелец, садясь напротив него у разгорающегося огня, — что ты сегодня добрый и не дашь отмашку своим подружкам, которые сидят прямо у меня за спиной, уж такие вещи определить я могу. В военные вожди не попадают плохие бойцы. Потому что я принес не слишком приятную весть.
— Паук послал тебя ловить убийцу?
— Меня сложно послать, — усмехнулся Железная Лапа. — Обычно я сам посылаю, и приказы воины получают от меня, а не от свихнувшегося от злобы паука. Я знаю, что ты прав. Мирный вождь знает, что ты прав. Большинство из рощи поддержит тебя. Вот только ты убил придурка не по закону. Сам знаю, что он бы кинулся под защиту деда, и ничего с ним после этого уже не сделаешь, хотя ты вполне мог бы оказать всем одолжение и заодно и дедулю ухайдакать. Почему-то мне кажется, что у тебя вполне бы получилось, — Железная Лапа говорил, улыбаясь, но глаза у него были холодные и жесткие. — Особенно если сразу, не отвлекаясь на гневные речи. Ты всегда был слишком прямолинейным. Нет чтобы подумать о роде… Все равно тебе теперь придется бегать по степи, так почему заодно не сделать
