Все началось, когда в газетах поднялся очередной шум про пришельцев. Очень скоро стало известно, что именно можно было получить у пришельцев. Здоровье. Они вылечивали практически любого больного, от которого отказывались врачи. Человек подписывал обязательство на срок от трех до десяти лет, очень редко больше, в зависимости от тяжести болезни. Он был обязан отработать в неизвестном месте, где должен был неизвестно чем заниматься весь срок. Разрыв контракта раньше времени не предусматривался. Вернувшиеся ничего не помнили и не могли рассказать, да и не все возвращались. Вопрос спасти мать от смерти или не подписывать договор, для Алексея не возникал.
Авторы: Лернер Марик
кустарным производством, но то, что для тебя ерунда, для нас стоящая вещь. Не продать — вид не тот, а, например, подарить.
— Да уж, некоторые ваши кустарные вещи очень даже больших денег стоят.
— Ну и какое количество «Ткани» может изготовить поселок вручную? И так далее по списку. Так что если с неба упало, надо брать все, вплоть до булавок. Мы, деревенские, в отличие от вас, городских, собираем все, что может пригодиться. Ценим даже гнутые гвозди и, как это ни странно звучит, бизоний помет. Если высушить, прекрасно горит.
— Почему тогда не взять остальное? Ты ж отдал ребятам трофеи с троих. А мне «Вепря» с водилы.
— А об этом мы говорили еще на барже. Есть определенные нормы, или мораль, если хочешь. Я убил врага в бою — его добро мой законный трофей. Все остальное делится на отряд. Тем более если нельзя определить, кто застрелил, или если найдено после боя. Тут у нас формула специальная имеется. Какой процент командиру, какой за правильные действия, принесшие победу, или за помощь раненому. Кстати, раненым и семьям убитых тоже особая доля. И неважно, что вы об этих правилах не знаете. Я знаю, и этого вполне достаточно. Нарушая правила, можно испортить свою… э… карму. Знаешь, что это такое?
— Приблизительно. Последствия и воздаяние за прожитую жизнь.
— Ну что-то вроде. А точно только философы знают. Вот я ее себе и порчу, нарушая добровольно принятые на себя обязательства.
— Тогда ты должен был получить еще долю как командир! — радостно сказала Даша.
— В теории. Но вы живете не по моим законам. Это раз. Все равно я забрал больше, чем одному требуется. Отнимать еще и это — просто зря обижать остальных, и для хорошего самочувствия им неплохо свой трофей иметь. Это два. Можно взять меньше, а не больше. Карме это только улучшение. Жадность — чувство нехорошее, а щедрость как раз наоборот. Это три.
— А забрать назад глок — это не жадность, портящая карму? — ехидно поинтересовалась она.
— Нет. Пока он тебе нужен. Лишнее оружие может пригодиться. А когда все кончится, в собственном магазине можешь взять, сколько пожелаешь. Так что это у тебя жадность.
— Можно подумать, что папа мне позволяет брать в магазине что угодно, — обиженно сказала она.
— А! Тяжелое детство, отсутствие игрушек… Понимаю… Раз такое дело, можешь оставить себе. Считай, подарок. Легко пришло, легко ушло. Почему не сделать приятное симпатичной девушке…
— Легко? — изумилась Даша.
— Конечно, легко. Эти инквизиторы не бойцы были — так, мусор, они способны драться только с безоружными. А, ты про то, как я их… За неимением огнестрельного оружия я большой практик по части холодного. Ты еще не видела, как я из лука стреляю. Меня всякие рефлексии по этому поводу не мучают по ночам. Если ты взял в руки оружие — будь готов к отпору. И не вытаскивай его без причины. А если уж достал — будь готов убивать. Я еще тогда сказал, что в эту историю влип совершенно случайно и мне нет дела до польских разборок. Ушли бы они спокойно, не стал бы их резать. А дальше уже одно тянет за собой другое. Карма. — Я развел руками. — А вообще, ты что думаешь, я часы продавать собираюсь? Тоже подарю хорошим знакомым. У нас такое поведение вполне нормально. Вот сидишь зимой и что-то делаешь для души — игрушку какую для детей или просто из деревяшки вырезаешь статуэтку. Вот и даришь на праздник. Главное, чтобы это не было по принципу: отдам тебе то, что мне не нужно. Кстати, — «вспомнил» я, — утащив без спроса и разрешения «Говорилку», ты изрядно испортила свою карму и вполне достойна получить по заднице. Ты, наверное, решила, что я забыл?
Даша поспешно отодвинулась и сделала вид, что ей очень стыдно. Так я и поверил.
— Это не игрушка и даже не телефон, который можно купить в магазине. Их всего три штуки есть… хм… собственного производства. У них даже цены нет, то есть они бесценны, потому что их может сделать только один человек. Я все прекрасно понимаю и совсем не против, чтобы ты с Летчиком общалась, но есть определенные правила. Еще раз такое сделаешь, действительно выпорю и не посмотрю на реакцию твоего папаши. Веришь?
Она кивнула.
— Вот и ладно. Еще вопросы есть? А то война войной, а кушать хочется регулярно. Сказала бы ты женскому комитету, чтобы накормили своих защитников.
— Есть у меня еще один вопрос.
Я постарался изобразить мордой лица внимание.
— Не появляются такие законы просто так, — заявила Даша. — У меня такое впечатление, что вы постоянно с кем-то воюете. А с кем, если с Зонами не контачите? С мозгляка или зверюги трофеев не возьмешь.
«Вот так и прокалываются Штирлицы, — подумал я с огорчением. — Сказал А, а она уже и про Б просекла. Ну не учили меня в разведшколах для внедрения».
— Воюем, —
