Все началось, когда в газетах поднялся очередной шум про пришельцев. Очень скоро стало известно, что именно можно было получить у пришельцев. Здоровье. Они вылечивали практически любого больного, от которого отказывались врачи. Человек подписывал обязательство на срок от трех до десяти лет, очень редко больше, в зависимости от тяжести болезни. Он был обязан отработать в неизвестном месте, где должен был неизвестно чем заниматься весь срок. Разрыв контракта раньше времени не предусматривался. Вернувшиеся ничего не помнили и не могли рассказать, да и не все возвращались. Вопрос спасти мать от смерти или не подписывать договор, для Алексея не возникал.
Авторы: Лернер Марик
или заблудились. Сколько было случаев, когда ты выкидывал таких через границу? Три я знаю, не считая вашей торговли со Стерхом.
Никто никогда не будет сразу выпускать кишки прохожему. Может, у него куча родственников, которые потом придут мстить, или он просто путь решил срезать. Обычная стандартная практика понаблюдать за пришельцем. Кто он, что он, какие цели преследует. Очень часто прямо подходят и начинают задавать вопросы, так что если не туда забрел, так покажут правильную дорогу. Могут, конечно, и вещички отнять — это смотря по ситуации, но просто так убивать не будут.
Что совершенно неприлично, так валить на чужой земле больших четвероногих травоядных. Одному не съесть, и бессмысленно, пропадет, а ко всему еще это чужое. Тут можно и проявить очень сильное недовольство поведением нахала. Понятное дело, я это подчеркиваю, все это касается одиночки. Зачем ходят вооруженные отряды на чужие земли, сам прекрасно знаешь. С ними и встречаются по-другому. А теперь смотрим на тебя. Идешь себе спокойно, никого не трогаешь, бизонов не стреляешь…
— Только зайцев, — усмехнувшись, сказал Алексей.
— Угу, мелочь, которая необходима для жизни. Явно случайный посетитель. Вот к тебе и подошли выяснить, кто ты есть такой интересный. Одежда странная, но вторая тень видна. Толком не рассмотришь, но и не каждый может. Видит каждый, а какой вид — далеко не все определят. Не знаю, что за патрульные были, но это не слишком странно. И вдруг выясняется, что ты ни бе ни ме, а на каком-то неизвестном языке бормочешь. Так не бывает. Язык у всех один. И что они должны подумать?
— Что я оборотень из очень далеких краев, — предположил Алексей.
— Ага, — саркастически сказала Разрезающая, — идущий из глубины их собственной территории на своих ногах и без коня. В той стороне, откуда ты появился, даже если много десятидневок шел, только анхи могли быть. Такие вещи каждый патрульный знает. На то он и границу обходит, чтобы ее охранять. Если я примат и скажу, что пришла от ягуаров, очень странно прозвучит. А зачем я ходила туда и возвращаюсь домой, топая вместо севера на запад? Что-то врет, а значит, надо присмотреться внимательно. Первое, что они подумать должны были, — не нашего скромного ума дело. Пусть начальство разбирается, кто тут бродит. Тебе повезло или, наоборот, не повезло — это как посмотреть, попал к Старику. Привели бы к кому другому, тоже наверняка бы заинтересовались. Одно гарантировано — убивать бы тебя не стали.
«Вернусь домой, прибью Койот», — подумал Алексей.
А паучиха продолжала:
— Другого кого, может быть, но не разбираясь — никогда, а подобный гость интересен. Совет не скопище недоумков и не единая масса. Там множество разных группировок, и прийти к одному решению очень сложно. В любом случае из тебя качали бы информацию, а это лучше всего делать в теплой дружественной обстановке. Кто знает, начнешь глаз объекту выковыривать, а ты наплетешь всякой ерунды. Шутка, — сказала она, взглянув на выражение лица Алексея. — Такое бывает только в экстренной ситуации, а обычно пауки никуда не спешат. Десятидневкой больше, десятидневкой меньше — на фоне средней продолжительности жизни в триста лет, согласись, мелочь. Считать память можно только местами — самые яркие воспоминания или очень конкретно профессиональные навыки. Полностью был один эксперимент, который кончился плохо, так что молодых учат такими вещами не баловаться. Люди — это очень интересный и хотя сейчас скорее абстрактный фактор, но в будущем кто знает? Кто предупрежден, тот готов к бою. И твои возможности тоже интересны для изучения. Короче, к кому бы ты ни попал, отношения были бы вполне дружескими. Использовать тебя в своих целях — это наверняка.
— Тут мы подходим к интересному вопросу: какие были цели у Старика? — с интересом спросил Алексей. — Зачем ему это было нужно?
— Пугать или учить? — переспросила Разрезающая. — Зачем пугать — понятно: ты на клятву согласился и сам надел на себя упряжь. А для остальных в Совете хорошая отмазка: это мой ученик, и нечего ко мне лезть с вашими вопросами. Это нормальная этика, не вмешиваться в дела тех, кто на клятве. Ты ж не допустишь, чтобы из Клана кого-то требовали отдать для неведомых целей? Вот видишь, — сказала она на его улыбку. — Цель? Я не могу тебе ответить, ты лучше со своей женой обсуди. Она ведь его последняя ученица и все время рядом была. А вот метод… Ты парень молодой, по вашим людским понятиям хорошо воспитанный, для Народа тебе еще много узнать предстоит, но всему свое время. Скажем честно, не сильно горящий честолюбием и желанием подсидеть начальство, чтобы усесться в его седло. То есть, может, и не прочь при случае поймать удачу за хвост, но гадость для этого делать не будешь.
