Дорога домой. Тетралогия

и лап все переворошил на свой лад, затем опять фыркнул и улегся на самом верху. Ярик осторожно завязал горловину и повесил мешок на плечо.
– Пошли. Нам тут больше нечего делать! – Его кошелек значительно потолстел, и теперь энергия просто переполняла Дарга. Можно было даже подумать, что он радуется случившемуся нападению.

Наверное, впервые за весь тот немалый срок, что Ярик провел в этом мире (для себя Ярик определил его гдето в два – два с половиной года), он почувствовал удовольствие. На задний план отодвинулись проблемы и беды, не хотелось ни о чем думать, забылись тяготы рабства и постоянное балансирование на грани жизни и смерти. Он просто лежал на полке рядом с окном и смотрел, как сменяют друг друга сельские пейзажи. Молодой раб потянулся всем телом, благо размеры ложа позволяли. Всетаки путешествие пассажирской каретой – это чтото замечательное, даже непривычно както…
Когда Дарг стремительно вошел на территорию каретной станции, Ярик подсознательно готовился к самому худшему. Что по пути у хозяина украли все деньги, что они окажутся фальшивыми, что здесь их уже будет ждать тот мрачный маг с новыми наемниками или подосланные Теорном убийцы, да мало ли что… Но все обошлось. Дарг выложил за проезд деньги, в буквальном смысле омытые чужой и своей кровью. Им выдали два билета, нарисованные какимто художником на крупных – с две мужских ладони – листах бумаги. Здесь содержалась краткая информация о пассажирах и конечной цели их путешествия. Только тогда напряжение, сковавшее сердце Ярика, немного отступило. По здешним законам человек, который приобрел билет, становился как бы неприкосновенным для властей данной страны. Единственным недостатком сего документа можно считать то, что эта неприкосновенность благополучно заканчивалась в момент прибытия на конечную станцию.
Их экипаж должен был отправляться через час, но Дарг решил не рисковать и сразу же направился к карете. Про нее следует сказать отдельно. Громадный, четырехсаженный, двенадцатиколесный экипаж из твердых пород дерева, изукрашенный резьбой и всевозможными орнаментами, просто притягивал взгляд. Входа было три: два по бокам – для пассажиров, и один с торца, где сидит возница, – служебный. Запрягалась эта громоздкая конструкция четверкой ящеров, сильно похожих на земных лошадей, но отличающихся размерами, силой и выносливостью. В тот момент карета была без упряжки.
Дарг предъявил билет усатому представителю фирмы в строгой яркокрасной форме и вошел внутрь салона. Здесь тоже все было на высоте. При входе пассажиры попадали в узкий тамбур, так же богато украшенный. Тамбур пересекался коридором, в который выходили двери шести купе. Одно из них и отводилось для Дарга с Яриком. В купе их встретил мягкий полумрак, что с трудом разгонялся лучами солнца, проникающими изза плотных штор на окне. Дарг первым делом отодвинул их в сторону. И открылось уютное купе со столиком у одной стены и мягким диванчиком у другой. Под самым потолком располагалась жесткая спальная полка. С тоской глянув в ту сторону, Ярик сразу определил, чье это место.
Мешок и свои немногочисленные вещи путешественники или, скорее, беглецы сложили в небольшой шкафчик, что соседствовал со столиком. Дарг сразу же завалился на диванчик и взглядом показал Ярику на полку. Коротко вздохнув, тот подпрыгнул и, зашипев от боли, чуть не сорвался. Повис на одной руке, коекак подтянулся и влез. Потирая толькотолько начавшую после ранения обретать чувствительность руку, Ярик уставился в потолок. До него было не больше локтя. За что тут брали пять