Дорога домой. Тетралогия

Нолд. Там наши ученые разберутся с тем, что с вами произошло. И помогут либо вернуться, либо устроиться в этой жизни. Нолд умеет награждать за сотрудничество. На этом я попрошу простить меня. Дела! Наш корабль идет в очень опасных водах, поэтому на верхней палубе просьба без нужды не появляться.
Открылась дверь, и в каюткомпанию вошел их недавний провожатый.
– Бернар проводит вас к вашим каютам. – После этого Айрунг сказал Бернару несколько слов на незнакомом гостям языке.
Тот внимательно выслушал, уважительно поклонился и повел Олега и девчонок прочь из каюты.
Оставшись один, Айрунг расслабленно откинулся на спинку стула. Допрос выжал все силы, но зато теперь у него имелась запись нелегкого разговора. Он достал маленький диск и подкинул его в руке. Всетаки классная штука эти кристаллы памяти. Вставил их в считывающее устройство и пожалуйста, смотри. Теперь, даже если чтото случится со спасенными, Архимаг получит о них исчерпывающую информацию, включая параметры ауры

и прочая, и прочая. Еще раз подкинув этот плоский кристалл, Айрунг спрятал его в медальон на шее. Здесь будет понадежней!
Наконец молодой маг мог спокойно осмыслить все услышанное, по привычке разговаривая вслух.
– Значит, так, неизвестное существо, названное драконом по имени Рошаг и не похожее по описанию ни на одного из известных науке видов драконов Торна, но зато совпадающее по виду с сохранившимися изображениями драконов Междумирья, похищает из иного мира повозку с людьми. Переносит их в наш мир на Гуур’о’деми и пытается провести неизвестный обряд, по сведениям от спасенных – для повышения Силы. Причем все это он сообщает неизвестному человеку, который на борту не находится и считается погибшим от когтей мархуза. Затем этот же самый человек прерывает обряд, что, естественно, приводит к смерти Рошага. Наверняка неправильной смерти! В полученном локальном искажении Сил не происходит никаких катаклизмов, и, что вдвойне подозрительно, выживает один из участников обряда. А если представить уровни задействованных энергий, то… А нука… – Айрунг сотворил листок бумаги и начал уверенно заполнять его формулами. Наконец через некоторое время он пробежал глазами результат и озабоченно почесал в затылке. – Так кем же ты тогда стал, неизвестный Ярослав?!
Неожиданно он замолчал и прислушался. Маг понял, что его подслушивают. Неизвестный шпион так увлекся, что Айрунг смог не только обнаружить сам факт шпионажа, но и локализовать его местоположение. Вражеский (а чей же еще?!) лазутчик находился за иллюминатором, что напрочь отметало его принадлежность к роду людскому. Человек там находиться никак не мог! Метнув тренированное тело к круглому окну и держа наготове необходимые заклятия, Айрунг высунулся наружу, но ответом ему был только шум крыльев. Лазутчик ускользнул, унося с собой секретную информацию. На то, что ничего важного враг не узнал, Айрунг и не надеялся.
– Бримс будет недоволен! – потерянно вздохнул маг.

Ярослав шел навстречу слепящим лучам еще более зеленого солнца. Подъем в гору давался с огромным трудом. Мышцы, казалось, отслаивались от костей. Сердце, словно загнанный зверек, билось о грудную клетку. Беспрестанно оглядываясь, Ярик упрямо шел вперед. Мысли снова и снова возвращались к загадочному происшествию в каменном круге. Оглушительный визг, туман перед глазами, секундное помрачение сознания и… смена декораций. То он был в лесу, в первобытных джунглях, а вот уже вокруг каменистая пустыня с чахлыми кустиками жутковатых на вид растеньиц. Колючие, похожие на смеющиеся черепа с иголками, они слепо таращились провалами глазниц на Ярослава. Какието мерцающие искорки голубыми бликами висели на кончиках иголок. В голову упорно лезли легенды о мандрагоре, корень которой похож на фигурку человека… и участи нечестивца, осмелившегося вырвать его из земли. Дотрагиваться до растений под ногами не хотелось, и Ярослав осторожно обходил эту жутковатую поросль. Да еще это мерцание! Ведь не увидишь же обычным зрением, а только краем глаза, зато раздражает до невозможности.
Место, где находился Ярослав, сильно отличалось от отправной точки – никаких тебе каменных кругов и оград, только два стоящих грубых камня. Чистая поверхность, отсутствие каких бы то ни было знаков. Ничего! Ровная каменистая пустыня, на несколько километров вокруг ни одного возвышения, только вдалеке виднеются горы с неизменным грозящим небу кулаком. И вот стоят в этой пустыне два камня. Стоят себе, стоят, и вдруг – хоп, трахбабах, и между ними Ярослав.
Возвращаться к зверюге на обед както не очень и хотелось, хотя оставаться