Дорога домой. Тетралогия

и спокойно, без эмоций, добавил: – И еще повторю: я жду от вас полного подчинения. Любой мой приказ должен выполняться без оговорок и немедленно. Любой! Ясно?
Холод, звучащий в его словах, мог с легкостью выстудить даже жаркие глубины Глотки Бездны. И солдаты поверили в это както разом, без обсуждений и долгого осмысления. Ярость капрала устрашала, убеждая лучше пустых угроз.
– Капрал! Лэр! Рядовой Терн прибыл для прохождения службы под вашим командованием! – Едкая смесь иронии и добродушной издевки под напускным туманом почтительности звучала в знакомом голосе. – Лейтенант Свиранг внял моим просьбам о переводе в ваш десяток…
– И ничего больше не велел передать? – Усмешку К’ирсана уже можно было назвать добродушной, если бывает добродушной горная река, рождающаяся среди древних горных ледников.
Терн вернул ему усмешку и пояснил:
– Десять ударов кнутом, лэр!
По словно вмерзшим в землю фигурам пробежала легкая рябь движения, но все тут же вновь утихло под обжигающим взглядом капрала. Еще не имеющие представления о построении солдаты тянулись во фрунт и поджимали животы. В самый неподходящий момент зашевелился уже забытый, распластанный на земле бородач. Человек встал на четвереньки, замотал головой, и его тут же стошнило…
Две фигуры замерли на краю небольшой рощицы – зеленой проплешины в сером ковре степной травы. Одинаковые серые рубахи и плотные штаны, крепко сбитые ботинки и мечи на поясах никому не дали бы усомниться в принадлежности этих двух мужчин к легиону Зелода. Единственное, что их отличало, так это оружие да маска, скрывающая лицо одного из солдат.
– К’ирсан, я всегда говорил, что ты далеко пойдешь! – Развалившегося на прогретой осенним Тассом земле Терна тянуло на отвлеченные рассуждения.
К’ирсан в ответ лишь хмыкнул, задумавшись о странностях местной погоды. Какой вообще смысл разбивать год на сезоны, если температура колеблется от тепло до очень жарко, если снег здесь бывает только далеко на севере аж на Льдистом океане, а зима отличается от лета лишь большим количеством дождей? Это ж не зима, а сезон ливней какойто! Здесь в год снимают два урожая, хотя, говорят, в Нолде с его адептами Земли – аж четыре, зачем же тогда все это? Или когдато было иначе?
– Слушай, у тебя как там клеймо? А то мое зудит, спасу нет! – опять заворчал Терн. – Тавро как на быков поставили!
Легионер осторожно потрогал пальцем воспаленную кожу на левом предплечье. Черного цвета наконечник копья останется с ним теперь на всю жизнь, говоря каждому о службе его обладателя в пехотных легионах Зелода. К’ирсан также задрал рукав и показал уже поблекший наконечник, перевитый скальным плющом.
– Знаешь, мне почемуто казалось, что знаки легиона будут выжигать! – задумчиво протянул Кайфат.
– Ну да, так говорят! – согласно закивал его товарищ. – Только так не делается уже лет семьсот, все заменили татуировками… Эх, и как же все у тебя так быстро заживает. Кровь старинных родов, наверное, играет! – Последние слова Терн произнес с неясной паузой, словно бы даже не в шутку сказал, а задал вопрос.
Но капрал опять равнодушно пожал плечами и, выдернув увядшую в преддверии местной зимы травинку, принялся ее жевать.
– Ладно, это все ерунда, лучше скажи, с чего ты решил, что твоя зверюга именно сюда прибежит? – Терн жизнерадостно заржал. – Может, мохнатый уже по девкам побежал, а ты его тут ждешь. Кстати, по твоей милости я потерял два плотно набитых и ласково позвякивающих кошелька. И ведь их даже изучить не успел…
К’ирсан перевел на товарища взгляд и, словно отгоняя надоедливую муху, противно жужжащую над ухом, насмешливо бросил:
– Придет, и скоро! А если о своих кошельках жалеешь, то с чего ты решил, что кошельки эти ты получил бы назад от тюремщиков? Или так веришь в людей? Уж чегочего, а от тебя такого не ожидал! – Легионер помолчал и, фыркнув, добавил: – И вообще, легче надо к деньгам относиться, легче! Можно подумать, что ты их заработал!
В ответ Терн лишь картинно застонал и возопил, схватившись за голову:
– О горе мне! Под началом какого бессердечного, черствого сухаря я вынужден служить! Так говорить об этих замечательных кругляшах, так призывно блестящих в лучах закатного Тасса, с их ласковым манящим звоном и тем множеством замечательнейших вещей, становящихся доступными при их наличии…
Легионеры дружно засмеялись. Успокоившись, К’ирсан поинтересовался:
– Как там спинато? Не сильно я тебя?
Терн жизнерадостно осклабился и, привстав, повел плечами:
– Сильно… Ха, да ты просто спустил с меня шкуру!
– Угу, тото я смотрю, на второй день ты уже ходил нормально… Да и плеть так себе. Ни вшитых колючек, ни тебе снаряжения ее чемнибудь