Дорога домой. Тетралогия

не нужны! – Новый мощный бас перекрыл выкрики слуги.
– Я имею честь разговаривать с самим купцом Иршахом? – вкрадчиво поинтересовался Аврас. – Если да, то мне нужно коечто передать ему на словах. – Маг старался говорить не особенно громко, не желая вызывать интереса у вечно склонных к доносительству соседей.
– Да что ты там себе вообразил?! Что мне может сказать неизвестный жулик… – внезапно Иршах осекся и негромко, так, что Аврас его едва услышал, приказал слуге: – Возьми Кильяма на сворку и впусти чужака. Возможно, ему действительно есть что мне сказать.
Некромант догадался, что Кильямом, скорей всего, называют цепного скорта, и, подтверждая его догадку, загремела отстегиваемая цепь.
– Слышишь меня, чужеземец? – вновь возвысил голос купец. – Сейчас Алехм откроет калитку в воротах и ты войдешь, но упаси тебя боги задумать чтото недоброе… Ты меня понял?!
– Да понял, понял! – устало буркнул маг и чуть отступил от дверки. – Открывай скорей.
Наконец загрохотал отодвигаемый засов и в воротах открылся узкий проем. Аврас шагнул на освещенный фонарями двор и тут же положил руку на рукоять хх’рагиса – в паре вершков от него падали на землю капли слюны из беззвучно раскрытой пасти скорта. Зверь натянул цепь струной и теперь молча пытался дотянуться до гостя клыками.
– Как только зверь коснется меня, то сначала сдохнет он, а потом ты, – тихо, но отчетливо произнес посланник Тлантоса слуге Алехма. Уверенность, с которой это было сказано, заставила того отпрянуть назад и оттащить зверя. Маг учтиво кивнул и прошел в глубь двора.
– Ну, что ты хотел сказать? – грубовато поинтересовался невысокий дородный мужчина, замерший на низкой каменной террасе, дальновидно сложив руки на животе недалеко от висящего на поясе кинжала.
– Вы купец Иршах? – спокойно повторил уже заданный раньше вопрос Чисмар.
– Да, да, я купец Иршах, что дальше? – вновь свирепея, рявкнул купец и покачнулся на носках.
– Тогда вы знаете, что сила Спящих в ненависти? – ровным голосом, с трудом сдерживая усмешку, спросил некромант.
Купец шумно выдохнул и тихо буркнул:
– Да, знаю. И да приумножатся их силы!
Успокаивающе махнув рукой слуге, хозяин развернулся и тяжело утопал в глубь дома, впрочем, не предлагая гостю последовать за ним. Иршаха не было довольно долго: может, десять минут, а может, и все пятнадцать, но наконец некромант услышал приближающиеся шаги.
– Вот эта вещь! Думаю, на этом моя миссия посредника выполнена, и ты можешь проваливать. – В голосе купца напрочь отсутствовали любезность и участие – он говорил сухо и деловито, словно бы со злейшим врагом, который лишь временно стал союзником. Сделал свое дело и теперь выпроваживал гостя прочь! Нет, Аврас и сам бы не остался, но столь нелюбезный прием оскорблял.
Приняв из рук купца продолговатый матерчатый сверток, маг холодно попрощался и быстрым шагом вышел за ворота. За его спиной громко хлопнула дверь и вновь загремели задвигаемые засовы. Пряча довольно тяжелый пакет в мешок, он с облегчением подумал, что теперь осталось всего одно дело.
Дорога к кладбищу не заняла много времени. Еще днем запомнив основные ориентиры, Аврас Чисмар теперь свободно передвигался по городу и шел к цели быстрым шагом уверенного в себе человека. Пару раз ему встречались группки подозрительно выглядевших крепких молодчиков, но его они не трогали: скорты всегда чуют свирепого рыкача.
Наконец он вышел к старому погосту. Ночью, в свете Ярдиги, мирная картинка дряхлеющего кладбища сменилась на живущую по своим законам обитель Тьмы. Хищная дрожь прыгающих теней, тихий шепот листвы, гул ветра в остатках склепов, стоны рассыпающегося под ударами сурового времени храма… Надо быть некромантом, чтобы не обращать внимания на подобные вещи, и надо быть очень уверенным в себе некромантом, чтобы непринужденно напевать под нос, подготавливая площадку для ритуала.
Легкими движениями смахнув пыль метелкой из перьев ночных крыланов с поваленного на землю надгробия и нанеся светящимся во тьме мелком несколько непонятных значков по углам каменного прямоугольника, маг принялся ходить вокруг с рулеткой, отмеряя одному ему известные точки. Наконец, решив, что все верно и можно приступать, он разложил восемь костерков на отмеченных местах, так что плита попала в образуемую ими фигуру. В качестве топлива колдун использовал смесь из древесного угля и белого порошка, горящего темным пламенем и испускающего серый дым. Мгновение – и тонкие струйки заклубились вокруг. Затянув заунывный речитатив, Аврас Чисмар странным шаркающим шагом принялся обходить место обряда против движения Тасса по небосводу. Около каждого костерка он наклонялся и, зачерпнув