Дорога домой. Тетралогия

же еще! Правда… – начал было солдат, но тут же осекся и даже испуганно посмотрел в глаза лейтенанта.
– Нука, что ты хотел сказать? Продолжай.
Некоторое время померившись взглядами с Кайфатом, Ясин не выдержал и, отвернувшись, тихо пробурчал:
– Говорят, что слаб король в чародействе этом проклятущем, а наши маги против колдунов Союза городов что дети. Вон, у Поля Крови одного чародея двумя полками в лоб, говорят, взять не могли…
Услышав намек на собственное, не слишком честное нападение на искателя древнего Молота, К’ирсан лишь усмехнулся глазами.
– Ничего, в этот раз все будет подругому! – уверенно объявил лейтенант, а затем потребовал: – Ладно, оставим чародейство в покое и поговорим о другом… Допустим, мы смогли проникнуть за стены: перелетели, просочились сквозь них, сделали подкоп или прошли под водой – не важно, какова стратегия боя?
Во взгляде сержанта на командира удивление граничило с откровенным презрением:
– Впереди идут тяжеловооруженные пехотинцы, за ними – мы. Ну, если, конечно, не надо стены в лоб штурмовать. В полном доспехе по лестницам не побегаешь, и тогда уже Львы первые.
Рассказывать эти известные каждому ветерану истины Ясину было даже както неловко, и он теперь смотрел на лейтенанта с жалостью.
– А потом, что потом? Грифоны штурмуют уличные баррикады, а Львы вычищают дома? – Лейтенант Кайфат не унимался, продолжая гнуть одному ему ведомую линию.
– Да нет у нас никакой особенной цели! Что прикажут, то и делаем! – вдруг возмутился ветеран. – Добиваем мелкие отряды, охотимся за стрелкамиодиночками и магами, если надо, то скрытно проходим в тыл и нападаем на все, кроме укреплений. Мелкие и не очень крепости нам не по зубам… Мы смазка в колесах армии, умельцы на все руки. Вот и смертность у Львов выше, чем у остальных! – Особенной гордости в словах солдата не звучало, так, простая констатация фактов.
– Ну что ж, понятно, – задумчиво протянул К’ирсан и вновь повернулся к стенам города. Сказанное сержантом для него не стало открытием, просто он пытался этим разговором загнать в силки какуюто особенно пугливую мысль, вечно ускользающую прочь.
– А что, лэр лейтенант такое слышит впервые?! – не скрывая издевки, поинтересовался Ясин Шлях. Из всех возможных объяснений заданных вопросов сержант выбрал самый унизительный для достоинства лейтенанта.
Не успела мерзкая улыбочка превосходства прочно поселиться на лице легионера, как силуэт Кайфата смазался, свистнул покинувший ножны меч, и вот уже острие упирается дерзкому солдату в горло. Прямо в ямку под кадыком, проколов кожу и пустив тоненькую струйку крови. Ясин, не успевший разглядеть ни одного движения, испуганно замер и теперь настороженно смотрел в полуприкрытое маской лицо командира.
В общемто он спокойно мог откинуться назад, перекатиться по земле, выхватить меч… Так он и собирался сделать вначале, но ведь ни одна сволочь не рискнет назвать Ясина Шляха дураком. Драться с подобным вихрю бойцом может только Мечник или даже Мастер, а не простой трудягалегионер. Сержант воспринял разговор как признак слабости, попытку найти в его лице поддержку для растерявшегося новоиспеченного командира. Мол, тот слишком круто взял поначалу, а теперь и сам не знает, как быть дальше! Вот и поспешил ветеран подмять лейтенанта… Не поторопился ли?!
– Ясин Шлях. Неплохой боец, не худший командир, заносчив и честолюбив… Ничего не пропустил? – не опуская клинка, холодно глядя в глаза солдата, спросил К’ирсан. – Твои попытки настроить против «наглого выскочки» солдат были вполне предсказуемы, и не требовалось прилагать никаких усилий, чтобы найти истоки зарождающегося заговора… Найти тебя! – Голос лейтенанта обжигал ядом высокомерия и высокородного презрения.
Сержант стоял молча, боясь даже сглотнуть и ведя напряженную борьбу с чувством ужаса перед неотвратимо приближающейся смертью. Ошибся он с оценкой командира, очень ошибся. Может, он как военачальник и ничто, пустое место, но вот то, что он опытный душегубубийца, – это очевидно.
– Бунт надо гасить в зародыше, но предпочитаю каждому давать свой шанс. Нас здесь никто не видит, и потому нет урона чести, но если почувствую хотя бы намек на неповиновение… Ты пожалеешь! – Не меняя тона и сохраняя лед в глазах, Кайфат текучим движением спрятал меч в ножны. – Мне понравилось, как ты отвечал на вопросы, поэтому первый взвод останется за тобой… Свободен!
Опытный, честолюбивый и заносчивый Ясин развернулся и пошел прочь, даже не успев задуматься о сути приказа. Он стал подобен легендарным големам Нолда – бессловесным и безвольным, а в груди зародилось непривычное чувство уважения к новому командиру.

– Живей!