Дорога домой. Тетралогия

его в большой лист карты. Бумага была чуть скользкая на ощупь, чувствительная кожа пальцев даже ощущала слабые эманации волшебства. Вот еще один довод в пользу превосходства Нолда над прочими странами. Несмотря на не самый мелкий масштаб, на карте подробно отражался весь Халис. Чуть напряг зрение, и вот уже мелкие надписи в заинтересовавшем тебя месте становятся более понятными, а линии более четкими. Жаль, что у Олега не хватило денег на другое творение нолдских мастеровых и магов – карту, способную показывать детали местности, не превышающие размером булыжник в полтора локтя высотой. Но там уже цена измерялась десятками фарлонгов.
Ну ничего, и так сойдет, он не разведкой заниматься собрался, ему до гор всего лишь дойти. Вон, до моря в Заар’х’доре

он с девчонками безо всякой помощи добрался. Пусть Ярика потеряли, но… и местото там какое! Здесь же он какнибудь разберется. Он будущий маг Нолда, а у них чистая Сила течет в жилах. Не пропадет!

Неприятно, когда спланированное на десять шагов вперед действо катится кувырком, не успев толком начаться, но смертельно опасно, когда так происходит на войне. И что с того, что на поле брани подобные выверты происходят повсеместно? Если нет заготовок, какихто шаблонов, оформленных в виде пакетов приказов, сюрпризы всегда ведут лишь к сумятице, хаосу и поражению. Когда же проигрыш – это последний шаг перед краем Бездны, то командир превращается в игрока, слишком во многом полагающегося на удачу.
Убийство эльфа не принесло успокоения душе К’ирсана, как и не облегчило поставленную перед ним задачу. Солдат пропажа длинноухого если и заинтересовала, то не настолько, чтобы спрашивать об этом в открытую, а вот маг и офицер «чистых» коечто заподозрили. Блюститель чистоты помыслов и офицерской чести в ответ на слова К’ирсана, что «эльф решил нас оставить» лишь хмыкнул. Для этого лейтенанта особой службы армии была важна верность командира четвертой роты Львов и его бойцов присяге законному королю, крови Рансов, а не отношения с нелюдью. Впрочем, он уже заготовил отчет, где отразил все подозрения и домыслы. Этому выскочке К’ирсану Кайфату многое пока позволяется, но ведь потом можно и припомнить некоторые не слишком правильные деяния. Потом, когда надобность в нем отпадет!
Маг же понял больше остальных, и, похоже, запас смелости у него оказался немаленький. Он не побоялся подойти к свирепому, как дракон, командиру с опасными словами:
– Лэр, я надеюсь, вы отдавали отчет в своих действиях, когда решили так поступить с советником! – Посмотрев в непроницаемое лицо лейтенанта, маг немного подрагивающим от волнения голосом пояснил: – Могилу Перворожденного легко найти, если знать, что искать. Земля еще грустит о его гибели…
В ответ К’ирсан окинул прикомандированного к их роте чародея холодным взглядом и, уцепившись пальцами за пряжку пояса и покачиваясь на носках, прошипел:
– Я следую повелению короля, и никто, слышите, лэр Истенг, никто меня не остановит. Будь то эльф, гоблин, тролль или… человек. Предательства интересов короны и государства не допущу!
Молодой колдун совсем чутьчуть вздрогнул под обжигающе ледяным взглядом Кайфата и грустно пояснил:
– Я понимаю. Но понимаете ли вы, что жители Маллореана такого не простят?
Неопределенно махнув рукой, маг помолчал, после чего коротко поклонился и попросил разрешения удалиться. Ответа К’ирсана Кайфата на свой вопрос он так и не получил.
Сам лейтенант Кайфат воспринимал произошедшее как мерзкий выверт судьбы, поставивший под угрозу выполнение приказа. Дружба с лесным народом ему никогда не угрожала, но вот когда какието личные проблемы мешают исполнению долга… вот это уже серьезно. А ну как эльфы прознают об убийстве слишком рано и начнут охоту, что тогда?! Хотя нечего говорить о будущем, раз живешь в настоящем. Быть может, все обойдется, жизнь наладится и все проблемы утрясутся. Надежда живет в сердце до самого последнего момента. Ведь так не хочется вновь менять уже сложившуюся жизнь на мучительную неизвестность бесплодных скитаний по чужому миру.
С тяжелым сердцем и грузом неприятных мыслей К’ирсан вступил в Равест. Первое посещение столицы Зелода проходило под знаком тайны и маскарадной маской. Добравшись на скрытом пологом невидимости пузыре до небольшого леска в десятке верст к югу от окрестностей Равеста, солдаты особой четвертой роты Львов небольшими группками начали просачиваться в город. Ктото нарядился крестьянином, который с братьями направился в город на заработки, ктото мелким коробейником, а кто и провинциальным дворянином со слугами. Оружие прятали в мешки, всевозможные