Дорога домой. Тетралогия

заклинания, а на самом кончике клинка заиграл золотом сгусток света… Гхол не заметил, когда хозяин вскочил на ноги, подняв над головой руку с оружием. Вроде бы только что сидел на полу, а через секунду уже стоит и выкрикивает слова забытого языка, на котором Древние писали свои заклинания.
Следующее действие Кайфата понастоящему напугало Гхола. Чародейсамоучка внезапно переложил рукоять в левую руку, а запястьем правой провел по лезвию. Сверху вниз, от крестовины к острию! Темная кровь тоненькой дорожкой побежала по стали, заливая уже гаснущие магические знаки. Над мечом клубился дымок и раздавалось шипение, а гдето на грани слышимости звучал многоголосый речитатив заклинания. Магия крови!
– Все, – облегченно выдохнул К’ирсан и завернул неожиданно чистый меч в белую ткань с темнокрасным сложным узором. – Остался один пустяк, но этим мы позже займемся!
Гоблин неуверенно улыбнулся и робко спросил:
– Хозяин, ведь все получилось как надо, да?
Кайфат молча кивнул и, сунув сверток с клинком под мышку, ладонями нарисовал в воздухе сложный узор. В воздухе раздался треск разрываемой материи, и накрывавший их купол пропал…
– Мархузова Бездна!!! – с бешенством выкрикнул К’ирсан, усилием воли приглушая обоняние. – Опять!
В зале стояла невозможная, просто запредельная вонь. Едкий, омерзительный запах, заполонивший башню, мог сравниться лишь с гнилостными испарениями первозданной Тьмы. Скривившийся от омерзения капитан внезапно вспомнил про гоблина и быстро повернулся в его сторону. Маленькому ургу было плохо. Он сидел, скрючившись, на полу, зажимая руками рот и со свистом дыша. Кожа у него приобрела пепельносерый оттенок, глаза закатились.
– Терпи, малыш! Терпи!! – зарычал Кайфат, хватая Гхола за шкирку и почти выпрыгивая за пределы вычерченных на полу линий.
Едва не вышибив двери, капитан рванул к выходу, волоча за собой ничего не соображающего гоблина. Отметив краешком сознания, что двери в башне раскрыты, а у входа нет стражи, К’ирсан вылетел во двор и усадил Гхола на землю. Тот тут же замычал нечто невнятное и согнулся в приступе жесточайшей рвоты. Брезгливо скривившись, Кайфат зашел к ургу со спины и положил руку ему на голову, посылая волну исцеляющего тепла.
– Командир, что здесь, мархуз задери, творится?! – спросил подбежавший Терн Согнар, прижав к лицу мокрую тряпку. – Да нас барон за такие шуточки четвертует, если раньше остальных обитателей замка поспеет. У тех тоже большой зуб на любителей всей этой колдовской мерзости имеется!
– Все так серьезно? – равнодушно поинтересовался К’ирсан, пробуя принюхаться. Снаружи пахло почти терпимо.
– Ну не то чтобы очень, воняетто в основном здесь, но… – сообщил сержант и покачал головой. – Солдаты говорят, что вчера, пока меня не было, от башни тоже начинало… хм, пахнуть… да не так ужасно и совсем недолго, а сегодня часа четыре не прекращалось. Пришлось даже караул убрать!
– Сейчас все выветрится, – задумчиво ответил Кайфат, не отрывая взгляда от начавшего приходить в себя гоблина. – Я тут коечто сделал, чтобы нас по следам от магии не нашли, да видно гдето ошибся. Как только начинаю с чемто серьезным работать, так проявляется этот побочный эффект…
Согнар отнял тряпку от лица и с брезгливой гримасой вздохнул:
– Вроде ничего!.. Командир, говоришь, довесок к очередной твоей чародейской придумке?! Ну так знай вдобавок к жуткой вони: в бойницах еще были видны синие и зеленые огни, короткие вспышки…
– В общем, ничего страшного! – бросил Кайфат и с видимым удовольствием погладил завернутый в тряпку меч.
С любопытством покосившись на продолговатый сверток, Терн внезапно понял смысл слов капитана.
– Что?! Ничего страшного?! Да я себе чуть все нутро не выблевал, а ты говоришь… – страшным шепотом заговорил Согнар, но Кайфат прервал его одним движением руки.
– Потерпите – и ты, и все остальные. Это важнее! – холодно ответил К’ирсан и тут же сообщил: – Я к барону. Думаю, надо объяснить происходящее… А ты пока проследи, чтобы с Гхолом ничего не случилось.
Бурчание Терна, что, мол, с зеленым недомерком ничего не случится, Кайфат уже не слышал, быстрым шагом покидая двор…
Поздно вечером, сидя внутри башни, из которой уже выветрилось зловоние, Согнар поинтересовался реакцией барона Орианга на столь необычные последствия исследований. Все еще не отошедший от встряски ург, который теперь сидел на лавке и постариковски кутался в плед, мигом навострил уши. Зеленокожий карлик отличался страшным любопытством, особенно если это касалось его любимого Рырги.
– А, – легкомысленно махнул рукой Кайфат, чем вызвал недовольный писк у разлегшегося на его коленях Руала. – Высказал