Дорога домой. Тетралогия

что мне обязательно надо зайти кое к кому в гости, а про подарок забыла. Подожди меня, ладно?
Не дожидаясь ответа, подобрав платье, Лакриста заспешила к вытянувшемуся у створок лакею. Немного поговорив со слугой и быстро сунув ему за отворот рукава монету, фаворитка вернулась к подруге.
– Слуга сейчас все принесет. Надо просто немного подождать! – натянуто улыбнулась лин Регнар и встала рядом с баронессой, которую аж лихорадило от любопытства. Уклоняясь от вопросов, бывшая супруга посла Нолда сделала вид, что рассматривает мозаику на стене.
– Ддамы, позвольте вам выразить мое почтение, – тихий мужской, немного заикающийся голос заставил Лакристу вздрогнуть. Она стремительно обернулась, шурша платьем, и увидела неброско одетого юношу с дворянским перстнем на пальце.
– О, да это никак сам лин Цумрек удостоил нас встречей.
Как всегда, грасс Мальган была в курсе всех сплетен, а допущенных ко двору аристократов знала в лицо. Следом за ней и Настя вспомнила о появившемся во дворце еще в начале зимы стеснительном юноше. Пожалуй, единственным его достоинством была неудержимая тяга к поэзии. Желая слыть просвещенным государем, Гелид приблизил к себе молодое дарование, но до громкой славы тому пока еще было далеко.
– Как ваше творчество, молодой человек? – с холодком в голосе поинтересовалась лин Регнар. – Чтото вы последние дни не радовали нас своими виршами.
Слова Насти отдавали неприкрытым презрением, и Мальган с интересом уставилась на поэта, ожидая его реакции.
– Госпожа Лакриста, я нахожусь в смятении, и небесные покровители рифм отвернулись от меня… – печально пролепетал юноша, не отрывая взгляда от лица фаворитки короля. Он словно бы не замечал унизительных для него интонаций в голосе женщины. – Вы… Ваш образ…
– Что?! – Лакриста демонстративно выгнула бровь дугой, а на губах у нее заиграла усмешка.
Юный поэт все же смог справиться с волнением и торопливо заговорил:
– Ваш образ затмил для меня все вокруг: день и ночь, жизнь и смерть… И оставил место лишь для любви и надежды.
Лин Цумрек побледнел, и лишь на щеках горел болезненный румянец. Губы юноши едва заметно подрагивали, а глаза требовательно ждали ответа…
Первой опять расхохоталась баронесса Мальган. Она прислонилась к колонне и начала заливисто смеяться, напрочь забыв обо всех писаных и неписаных канонах поведения знатной дамы. Следом с издевкой улыбнулась и Лакриста, с подчеркнутым пренебрежением окинув взглядом влюбленного поэта.
– Я знаю, мои слова звучат както неправильно, не так… Язык отказывает мне, когда вижу вас, говорю с вами, но поверьте моему сердцу! – с пылкостью впервые отдавшегося волнам любви юнца зашептал поэт. – Вот, возьмите… Это поэма, над которой я работал всю последнюю седмицу! Она посвящена вам, моя госпожа.
Обезумевшим взором Цумрек посмотрел на хохочущую баронессу, выхватил изза отворота камзола свиток, перевязанный золотой лентой, и, упав на одно колено, протянул свое творение лин Регнар.
Настя осторожно приняла дар влюбленного поэта и, немного помолчав, резко сказала:
– Юноша, советую вам сейчас же найти служаночку посговорчивей и общими с ней усилиями разогнать царящую в вашей голове чушь!.. Всякий должен знать отведенное ему место и не пытаться прыгнуть выше себя. Ну а если вы все еще меня не понимаете, то просто посмотрите в любое зеркало. Кто вы такой, чтобы желать возлюбленную самого короля?!
Несчастный поэт остолбенел. Лишь человек более зрелый и опытный способен легко переносить подобные удары, а для юноши отвергнутые чувства страшней отравленного кинжала в сердце.
– Посторонитесь, молодой человек. Мне пора! – продолжая сжимать в руке свиток со стихами, Лакриста заскользила к выходу из зала, где уже мялся в нетерпении вернувшийся слуга.
Баронесса поспешила следом, одарив поэта на прощание насмешливым взглядом, но погруженный в глубины отчаяния молодой дворянин ничего не замечал, слепо уставившись себе под ноги…
– Благодарю! – с царской небрежностью кивнув лакею, Настя обернулась к грасс Мальган. – Ты идешь?
– Иду, но вот куда… – картинно вздохнув, ответила баронесса и с намеком посмотрела на тряпичный сверток, принесенный слугой по просьбе лин Регнар.
– Увидишь! – помужски жестко поджав губы, сообщила Лакриста и заспешила по коридорам дворца.
Через несколько поворотов они оказались в крыле для гостей, где проживали многие дамы из королевской свиты.
– Погоди, дорогая, уж не хочешь ли ты навестить эту… – начиная чтото понимать, удивленно поинтересовалась грасс Мальган.
В ответ Лакриста лишь зло усмехнулась и остановилась около одной из дверей. Осторожно постучав