Дорога домой. Тетралогия

Ярослава приняла теперь темноизумрудный цвет. Та светлая весенняя зелень, что разливалась при каждом ударе силового жгута, сменилась цветом изумруда. Аура такого же цвета окутывала Ярослава постоянно, светя, словно маяк, в темноте, пока он не смог ее спрятать. Это оказалось на удивление просто, надо было только смотать всю собственную магию в клубок и закрыть щитами разума. В случае же необходимости доступ к источнику Силы осуществлялся по заранее выстроенным каналам. Так незаметно для себя Ярослав начал экспериментировать с собственным разумом и своими магическими возможностями. Слова Шепчущего о самообразовании стали претворяться в жизнь.
Дорога петляла среди леса. Чудовищ, что обитали на том берегу реки, Ярослав не видел ни разу, но попадались иные звери. Как он отметил, в этой части леса преобладали более близкие к земным аналогам животные. Встречались звери, похожие на лосей, косуль, рогатые зайцы, слоны размером со свинью и свиньи размером со слона… Встречались и хищники. Несколько раз, издали правда, Ярослав видел желтоглазых огромных кошек, точьвточь как та, что охотилась на него однажды. Это был поистине страшный зверь. Быстрый, выносливый, очень умный и владеющий собственной магией, да вдобавок ко всему еще и с шерстью, которая защищала получше брони. Он был сильнейшим хищником здешнего леса. Несколько раз Ярослав наблюдал, как этот зверь метал молнии, которые убивали его добычу. И никакая магическая защита здешних зверей не выдерживала этих ударов. А однажды он видел, как дрались эти кошки друг с другом. Движения, за которыми сложно уследить взглядом (и это при том, что скорость движений самого Ярослава могла быть теперь довольно высока), треск сталкивающихся магических молний и страшные удары, явно усиленные магией лап. Шансов в бою против таких зверей у Ярослава не было никаких, поэтому он опять скрывался, передвигался по деревьям…
Но, несмотря на все опасности, что встречались ему здесь, у него не было ощущения замаранности злом, которое угнетало его на том берегу реки. Гнилостные испарения болота незаметно отравляли его жизнь как физически, так и в магическом плане. Так что его теперешнее положение было несравнимо лучше!
И снова осторожное передвижение – каждый шаг взвешен, постоянная настороженность, сон вполглаза. Осторожность и бдительность! Эти слова стали девизом Ярослава. Правда, однажды он поддался чувствам, отвел душу и сделал доброе дело одновременно. Совершая редкий переход по земле, а не по деревьям, он услышал над головой яростные крики не слишком крупного зверя. Существо, очень похожее на горностая, только с мехом стального цвета и яркожелтыми глазами, верещало, стремительно перепрыгивая с ветки на ветку, стремясь к небольшому дуплу в дереве. А там, по соседней ветке, полз костяной удав, явно наметивший себе в качестве цели именно это дупло.
«Гнездо там, что ли?!» – подумал Ярослав, и в этот момент удав, это порождение злой магии, сунулся в гнездо. Зверек, спешащий сюда, закричал, словно раненая птица, и тогда, не раздумывая, но помня свой страх перед этим существом, Ярослав хлестнул изумрудным жгутом плети Нергала по суку, который обвивал кошмарный змей. Как и следовало ожидать, ветка была мгновенно перерублена, змеюка понеслась вниз. Высота была небольшая, метра три, и тварь быстро достигла земли. Ярослав уже стоял наготове. В тот момент, когда змеюка завершила полет, его рука, звенящая от накопленной Силы, ударила тварь по голове, отчего ее череп рассыпался сгнившей трухой. Костяное тело застыло мертвой грудой. Не было агонии, судорожных извивов не принимавшего смерть тела, не было ничего.
Чтото заставило Ярослава поднять голову. Из дупла вывалился серый комочек и устремился к земле. Ярослав машинально вытянул руку и подхватил падающий предмет. Чтото хрустнуло. Поднеся руку к лицу, он увидел, что это яйцо, которое треснуло то ли от падения, то ли срок пришел, и из него выкарабкивался, попискивая от усилий, маленький сморщенный зверек с затянутыми бесцветной пленкой глазами.
– Ну ты, малыш, и везунчик, – произнес Ярослав и потрогал детеныша пальцем.
Словно в ответ детеныш поднял головку на немощной еще шее и издал какието чмокающие звуки. А потом у него раскрылись глаза, столь же бесцветные, но уже вбирающие в себя окружающий мир. Взгляды человека и звереныша встретились, и последний издал радостный писк, после чего с еще большей радостью вцепился мелкими, но острыми зубками в палец человека.
– Ах ты, сопляк! Ты чего это творишь?!
Звуки человеческой речи ничуть не испугали зверька. Он с каменным спокойствием слизывал сочащуюся из места укуса кровь и довольно урчал.
Рядом с Ярославом, практически под боком, раздался мелодичный