Дорога домой. Тетралогия

а чужая женщина. Ярослав всегда любил ночь. Что может быть лучше ночной пробежки, заставляющей разгораться уснувшую было под пластами цивилизации кровь! Дома он часто любил бегать в полночь по потаенным, забытым аллеям городского парка. Острые ощущения были неплохой приправой перед сном.
Теперь же ночь вообще стала его ближайшей подругой. Она укрывала от врагов и застилала глаза добыче. Правда, в лесу все было подругому, но сейчасто он не в лесу! Да, этот край тоже суров и неприхотлив. Каменистая степь не для слабаков, но Ярослав уже был не тем беспомощным пареньком, что оказался заброшенным в этот мир. У него отсутствовала впечатляющая мускулатура, его живот царапал позвоночник, а пергаментная, загорелая до черноты кожа, покрытая неисцеляемыми шрамами, страшно обтягивала жилистое тело. Темные некогда волосы выгорели на солнце. Изменилось и лицо. Куда делась округлая мягкость интеллигента? Жесткие линии носа и губ, глубоко запавшие глаза, морщины, прорезавшие лоб. Но наибольшие изменения коснулись всетаки глаз. Темнокарие выразительные глаза приобрели нечеловеческую глубину, налились темнотой. И по этой причине от не слишком внушительного облика веяло опасностью, смертельной опасностью.
Тяжело бежать с ношей на плечах. Да не просто бежать, а убегать от погони. Изза спины, из оставшегося позади лагеря ургов доносились крики. Зеленокожие коротышки яростно вопили, собираясь в погоню.
«Лошадейто у вас нет! – Злая ухмылка кривила лицо Ярослава. – А так догонитека на своих коротких ножках!»
Легкие работали ровно и размеренно. Усталости не было, и придет она не скоро. Для Ярослава это похищение стало уже пятым, правда, такой серьезной добычи у него еще не было. Аж помощник (читай – ученик!) шамана! Это тебе не тупой воин!
Крики за спиной стали более упорядоченными, даже какимито ритмичными. Видимо, урги начали погоню и теперь подбадривали друг друга. Все как обычно! Легкий размеренный шаг, пожирающий милю за милей, позволял свободно думать, и мысли Ярослава унеслись туда, откуда все и началось в этом краю камней и серой земли.
Выйдя из леса, он все так же двигался на восток. Периодически охотился на скальных крыс – крысоподобных зверьков с клыками, как у кабана, и размером с зайца. Окрестности буквально кишели ими. Они вечно рылись в земле, выискивая жучковчервячков и прочую гадость. При виде человека они всегда пытались спастись бегством, но метко брошенные камни обеспечивали Ярослава неплохим обедом. Следы пребывания какихто иных существ ему не встречались, но так продолжалось недолго.
Однажды Ярослав, напрягая свои способности, обшаривал округу в поисках источника питьевой воды. Наконец он почуял свернутую в клубок ауру водного источника совсем недалеко. Аура казалась такой же холодной и утекающей из рук, как и сама вода.
Через какихто пять минут Ярослав был на месте. Между двух валунов бил маленький родничок, который питал теряющийся среди мелких камней ручей. Водяная жила здесь находилась близко к поверхности, но в этом было чтото неправильное, неестественное. Словно это было делом рук не матушкиприроды, а разумного существа.
– Нука, нука… – Ярослав пригляделся повнимательней. Так и есть! Идущую под землей водяную жилу магически притянули к поверхности и стянули незримыми скрепами.
– Однако! А я тут, оказывается, не один. Сильно сомневаюсь, что ты тут просуществовал тысячелетия! – Мысли понеслись как взбешенные зайцы. – А если вокруг поискать?!
И он начал все вокруг обшаривать, что и принесло свои плоды. Гдето в десяти метрах от источника Ярослав нашел под валуном остатки старого кострища. Иных следов не было. Тот, кто здесь останавливается, не любил афишировать свое присутствие.
– Как говаривала Алиса: чем дальше, тем страньше и страньше… – Каменистая степь, как выяснилось, была не таким уж и безжизненным местом. Вопервых, есть ктото, кто жжет костры и прячет золу под валунами. А вовторых, есть ктото, от кого эти костры прячут. – Делааа!
Дальше Ярослав двигался с удвоенной осторожностью, что и позволило ему первым заметить стоянку ургов и спрятаться от них. Это произошло около реки, к которой он вышел через пару дней. Тогда он еще не знал, что это урги.
Ужом извиваясь между валунов, Ярослав подполз почти к самому лагерю неизвестных зеленокожих существ. Его распирало любопытство. Чуждый гортанный говор, странная внешность – все это вызывало самый пристальный интерес. Одиночество уже так опостылело, что хоть ящеропуделем вой. Но усвоенные уроки выживания призывали к осторожности. Разведка всегда и везде была спутницей дипломатии. Сначала все разведай, а потом договаривайся. А то ведь, может, и договариваться не стоит!
И