Дорога домой. Тетралогия

В этом мире надо обустраиваться и достигать какихто вершин. Я тоже соглашусь на этот их университет. Поглядим, кто чего достигнет в новом мире!
Последние слова она произнесла с задорной улыбкой, которая так нравилась Олегу. Он же лишь без слов кивнул и легонько сжал ее руку.
– Мы согласны! И я, и Настя согласны на обучение в ваших университетах.
– Ну вот и отлично, – добродушно улыбнулся Архимаг. – Просто отлично. Пару месяцев вы поживете прямо тут, пока будет отработана ваша легенда и мы поднатаскаем вас в том, что знают даже наши дети.
– Постойте, а при чем здесь легенда? – удивился Олег.
– Право, Олег, вы меня разочаровываете, – произнес льер Бримс и укоризненно покачал головой. – Ну неужели вы думали, что мы позволим открыто шагать по стране такому лакомому кусочку для чужих разведок, как вы?

Вот уже несколько часов Ярослав шел в полном обалдении. Чувство реальности происходящего приглушенно вопило, зажатое в дальнем углу сознания. Представления об этом чертовом мире встали с ног на голову. А как еще реагировать на совершенно безумные пертурбации окружающего мира? Идешь себе, идешь. Никого пальцем не трогаешь, а неприятности уже выглядывают у тебя изза плеча, противно хихикая в кулак.
Изменения начались с земли под ногами. Мертвая, потрескавшаяся земля, усеянная мелкими пучками жесткой и противной на вид травы, сменилась радующим глаз разнотравьем. Ноги приятно погружались в это мягкое шевелящееся море, оживающее под каждым дуновением ветра.
Потом пришел черед птиц. За весь период, что Ярослав находился в этом мире, он еще ни разу не слышал и не видел ни одной птицы. Нет, мелкое зверье (а то и совсем не мелкое) оживляло сменяющиеся пейзажи своими воплями животной ярости или смертельной агонии, но вот успокаивающего щебета мелких птах раньше не было. А тут на тебе! Щебет, свист, между высокими степными травами заскользили пичужки с ярким оперением. Высоко в небе стали появляться более крупные представители царства пернатых. Магический ореол почти отсутствует, так, слабенький фон, и все. У Ярослава начало появляться ощущение, что природа тех мест, где он раньше путешествовал, была не совсем нормальна.
А потом произошла совсем странная вещь – изменилось здешнее солнце. Это выглядело совсем уж дико: вот ты делаешь шаг под светящимся живым зеленоватым светом шаром, а следующий – уже под яркожелтым светилом, очень похожим на земное. И мир преображается. Кажется, что с плеч твоих сбросили с десяток килограммов. Делаешь шаг назад, и снова все попрежнему, только ты уже замечаешь незримую давящую тяжесть. Чувства какието притупленные, оглушенные. Снова шаг, и ты уже под новым солнцем, и кажется, что у тебя с глаз спали плотные шоры. Мир не выглядит прекрасным, но ты осознаешь, что он иной, что он изменился. А ведь от злополучного брода прошел совсем немного!
Так, не переставая удивляться в глубине души, Ярослав продолжал свой путь. Животный мир стал разнообразнее степного с того берега реки. Здесь паслись небольшими группками какието рогатые животные, старающиеся спастись бегством при приближении человека. Стайки мелких зверьковпадальщиков сопровождали зубастых охотников. Готовящийся к бою при каждой такой встрече Ярослав с величественным видом игнорировался. Только однажды, когда он приблизился на слишком близкое, по мнению хищника, расстояние, тот коротко рыкнул и сделал прыжок в сторону человека. Но был тут же развален на две неравные части. Свита из падальщиков восторженно взвыла и набросилась на то, что раньше было их господином и кормильцем.
Горы приближались. Их облик сильно отличался от тех, где уже побывал Ярослав. Они были какимито более уютными, что ли. От них не веяло силой и мощью непокоренного величия. Те горы были суровы, и над ними тяготела печать древней ненависти и борьбы, которая отравляла сам воздух. Здешние же горы были просто горами. Красивыми и величественными, именно такими, какими и надлежит быть горам. Они не были изломанными порождениями безумной магии, они просто были.
Ярослав шел, наслаждаясь жизнью, дыша полной грудью, с нетерпением молодого зверя ожидая новых встреч и событий. С нетерпением такого молодого и глупого зверя, который не усвоил крохи с таким трудом добытой информации о здешних землях.
Все началось у подножия симпатичного холма, поросшего густой травой необычного терракотового цвета. Остановившись передохнуть и обдумать дальнейшее свое передвижение, Ярослав задрал голову к вершине холма. Там чтото подозрительно блестело. Любопытство зашевелилось, словно выглядывающий из берлоги медвежонок.
– Свои слабости надо холить и лелеять! Ибо они твои, а ничьи