Дорога к новой жизни

так что как стали известны подробности, мы первые за новостями в очереди стояли. Подожди, непременно заявится делегация к вам домой, познакомиться поближе. С другой стороны, для людей вы могли сработать противовесом нам, собакам. Конкуренция. И слишком гладить по шерсти не стоит, желательно обозначить сразу кто в котловине главный, и отталкивать не рекомендуется. Так что цени, я тебе достаточно много порассказал интересного. Можешь слегка скорректировать поведение.
— Я ценю, — соглашаюсь, — кое о чем мы и сами догадались, но вот так, в открытую, в первый раз.
— А я, — пояснил Габи, — думаю, что нам повезло и поэтому говорю честно. Очень удачно наши интересы совпали. Появление нового оригинального вызова в вашем лице может толкнуть нас с людьми на конфликт, а может и, наоборот, на ускоренное сближение. Превратившись в одну общую общину, мы, собаки-оборотни, выиграем очень много, а в то, что вы сумеете занять наше место, поверить сложно. Да и не получится. Слишком разные у нас весовые категории, пять сотен растворятся в тысячах, а не наоборот. Немного конкуренции нам на пользу. Слишком в последнее время успокоились, и требуется порастрясти жирок.
Кстати, здесь у нас всплывает второе большое но. Выросло третье поколение оборотней, которое уже не помнит прежней жизни, и настолько сблизилось с людьми, что не слишком понимает, зачем и почему существует отдельный район, в котором живет большинство собак или почему нельзя на общих основаниях голосовать на выборах. Иметь своего кандидата гораздо лучше, чем дожидаться, когда оформиться партия людей призывающая бороться с нелюдями. Пока эти озабоченные специализируются на гномах и орках, но придет время и к нам в дверь постучатся. А тем более многие не понимают причин запрета на связь с людьми. Тед — это просто самый заметный пример. Таких много есть, но стараются не светиться. Особенно много гуляк в армии и полиции. Живем в человеческих районах, в людском окружении и при этом не заводить никаких отношений?
Ты до Города не доехал после каравана, а то бы имел удовольствие видеть у себя в приемной несколько кандидатов на переселение подальше от этого закона. Магиню твою постесняются напрямую просить. У нас с этим проблема. Сильных магов очень мало и моментально на службу в общину рекрутируется, каждый себя очень высоко ставит. Тоже важная причина неприязни к общим детям. У людей намного чаще встречаются способности и по наследству передаются. Мы вторую форму, а они свои умения. Совсем неплохое сочетание. Если всерьез задуматься, то со временем будет совсем другой вид, не похожий ни на нас, ни на людей.
Последние годы под крышкой в горшке, в который превратилась наша община, варится очень новое блюдо. Если ее вовремя не приподнять — взорвется со страшным грохотом. Только нашего Вождя так просто не объедешь. Спускать давление она уже лет сорок с лишним умеет профессионально. Первый шаг Клыкастая уже сделала, показав смутьянам в твою сторону. Будет и второй, и третий. Медленно и постепенно. Снимут запрет, — убежденно сказал Габи, — так что лови своих добровольцев, пока есть возможность.
— Э? — показав на него, изобразил руками женскую фигуру.
— Правильно понимаешь, — согласился он. — Жениться пока не собираюсь, но прятаться по углам тоже надоело.
Вопросы будут, а то я уже не помню, с чего все началось?
— Будут, — обрадовано говорю. — Много.
— Вопрос первый. А как вас нормально зовут и почему у всех человеческие клички?
— А чтоб общаться легче было, никакая не страшная тайна. Тоже врастание в людское общество. Меня зовут Акинтолган. А если на конце «О», то имя женское — Адегбенро, например. Только это имена семейные в документах не отражаются. Попробуй быстро сказать Адемолегун, — с сарказмом ответил он. — Не каждый с первого раза правильно произнесет. Ты вот тоже по документам Ярослав.
— А почему я не вижу младших?
— А чего им здесь делать? — удивился Габи. — Есть пограничная рота «Укус», базируется на возможных местах прорыва крыс через горы. Там не меньше трех сотен и у каждого собственный напарник из наших. Людям трудно понять их сигналы, а мы с детства приучены.
— В каком смысле трудно понять? Они что, не разговаривают?
— Как это возможно? — не понял он. — Глотка не приспособлена.
— У нас могут, — поясняю. — Есть такой специальный ошейник, вместо динамика работает. Там стоит переводчик, который расшифровывает движения мускулов гортани и языка, и преобразовывает в человеческую речь.
Он резко наклонился вперед и уставился мне в глаза.
— Когда можешь показать образец, как сделать, и сколько стоит? — тщательно выговаривая слова и разделяя их, так что казалось, падают увесистые камни, спросил Габи.
— У