Дорога к новой жизни

местной жизни не знаешь, разные тонкости взаимоотношений неизвестны.
Над крышей с противным воем пролетел тяжелый снаряд и взорвался в Замке.
— Это без особого толка, — уверенно сказал я. — Там такие блоки многотонные еще со старых времен, что даже это не поможет. Видел я такое раньше. Залезут поглубже и ничем их не выковыряешь.
— Ничего, — ответил Габи. — На такой случай имеются огнеметы с гранатометами. Начнем садить по бойницам, пока все не попрячутся, потом подорвем в двух-трех местах. Дело действительно не скорое, но мы особо и не торопимся. А вот тебя страстно желают видеть в мастерской. Время идет, а десятка обещанных самолетов не наблюдается.
— Так я соберу вещички и удаляюсь?
— До выхода из долины дам сопровождающего, чтобы не тормозили на каждом посту, а потом по дороге. Наверняка сейчас ходят машины и караваны туда-сюда. Попросишься на попутный транспорт.
— Ага, — соглашаюсь, — только в дороге всякое случиться может, — и показываю свой подсумок, где лежат четыре больших магазина для СВД.
— Мало? — удивленно спросил Габи. — У нас Драгуновых не имеется, так обойдешься. Запомни, что в моей роте происходит, я прекрасно знаю. В заднем кармане твоего бронежилета, который ты нагло не собираешься возвращать, лежит ночной прицел, выпрошенный на время. Считай, что это премия за удачную наводку на караван, и больше по сторонам глазками не шарь. Не обломится.
И не забудь, что ты обещал, — сказал негромко Габи, провожая меня к дверям.
— Это не проблема, капитан. Не понимаю, почему у вас такого не делают. Посмотрите, как ошейник работает, сами начнете клепать в любом количестве. Принцип достаточно простой, но раз уж такое дело я буду продавать именно патент, а не вещь. Адрес, — я похлопал по карману, — твоего старейшины есть. А там уж как получится. Не договоримся — я прекрасно знаю, где Клыкастая сидит. В любом случае появятся и очень скоро.
Я спрыгнул с грузовика и похлопал по двери кабины, сообщая, что уже на земле. Машина громко пернула, выдавив из себя струю вонючего дыма, и укатила. Не знаю, уж чего водила подумал, но вопросов задавать не стал. Нравится такому дураку как я слезать за несколько километров от города и идти пешком — мое личное дело. Что в здешних краях хорошо и приятно, так это то, что фигура в форме и с оружием вызывает не страх, а уважение и готовность подвезти бесплатно. Некоторые специально крюк делают, чтобы подбросить. Любой мужчина может быть призван, так что это еще и тебя лично касается. Сегодня подвезешь другого, завтра сам вполне можешь оказаться на дороге с поднятой рукой.
Минут через пятнадцать неспешной ходьбы вышел к знакомой круглой яме. Внимательно осмотрел окрестности, чтобы лишних любопытных случайно не оказалось, и торопливо отстучал по цифрам, набирая заветный номер. Проход появился моментально и я с облегчением шагнул домой.

— Езжай, — сказал Зверь, как только захлопнул переход. — Галопом. Заждались тебя, прямо сейчас и рожает. На паром и вперед — папаша.
— А?
— А я посижу спокойно, от вас отдохну, вечером возвращайся, немножко повоюем.
— Ага, — подумал я, — посылая коня вперед, — отдохнет он. А то я не понял чем придурок занимается. Дерево перекошенное появилось на том месте, где его отроду не было. Сначала вырастить, потом высушить. Нельзя такими вещами заниматься в одиночку, на это существуют другие пауки. Зря, что ли всегда учитель проверяет, что вытворяет ученик? Лет через пять-десять, смотря от силы, будешь самостоятельно работать и то не на живых разумных. Тренироваться надо не на основе теории, спертой у жены из-под подушки. Ну не хочешь Койот звать, Длинного Зуба попроси, все лучше. Он не самый лучший учитель, но в своем деле соображает. Хоть не угробишься без причины. Нашелся тоже великий специалист по обращению с энергиями. Один раз не удержит и будет кучка пепла. Вот что мы будем делать без проходов на равнины? Половина там останется, половина здесь. А попробуй, скажи, все равно не сознается. Воспитывать прямое начальство дело неблагодарное. Пробовал уже и посылался за это во всем известное место, куда любят русские посылать.
— Кто? — спросил я, спрыгивая на причал острова.
— Мальчик, — ухмыляясь, ответила Старшая. — А ты как будто сомневался. Эй, — крикнула она мне в спину, — не туда. К нам иди.
— А чего это не у меня дома? — притормаживая, с подозрением спросил я.
— А ей там приспичило, — пояснила, подойдя Старшая. — Зашла поболтать, вдруг говорит «ой» и села, а потом и легла. Длинный Зуб сказал не трогать, пусть лежит. Выскочил пацан, как пробка из бутылки, — хлопая меня по плечу, рассказывала