Дорога к новой жизни

в себя Китайца старым проверенным способом — так, чтобы ноги и руки, загнутые назад сдавливали горло при малейшем движении.
Все это время он внимательно прислушивался, но никакого шума у соседей не было. Никто не заинтересовался происходящим, и даже выстрелы остались незамеченными. Он затащил труп первого бандита в дом и начал осматривать все подряд. Две комнаты справа от коридора, две слева, кладовка. Удобства во дворе.
Тщательный обыск дома ничего особенного не дал. В стандартной стойке для оружия покоились два карабина, два новеньких АКС-74, и имелось одно пустое место, видимо, оставшееся от карабина первого убиенного. Брать не имело смысла. Что такое баллистическая экспертиза и зачем необходим номер, выбитый на металле, Призрак прекрасно знал. Неизвестно еще, где стволы стреляли и в кого. Пусть лежат. Парочку «Льдинок» и «Мясо» из кармана Китайца тоже кинул в кучку к жизнякам. Хоть и мелочь, но пригодится.
Из холодильного ящика он выгреб все, что там было, и принялся жадно жевать, не обращая внимания на разгром и лужи крови на полу. Организм требовал вернуть потраченную энергию.
— Будешь еще притворяться? — спросил он Китайца через десять минут, насытившись. — Ресницы дрожат, дыхание изменилось и хоть голова должна бо-бо, но соображать можешь. Что, собственно уже и доказал, придуриваясь.
— Ты кто? — прохрипел Китаец.
— Горилла без пальто, — невежливо ответил Призрак. — Какая разница?
Я тот, кто хочет задать несколько вопросов и услышать правдивые ответы. Или у тебя еще имеются сомнения в серьезности моих намерений? Четырех трупов мало?
— В первый раз меня собирается допрашивать обезьяна. Обычно происходило наоборот. Только спрашивать их бесполезно, страшно тупые.
— Это была попытка оскорбить? — с любопытством спросил Призрак. — Глупо. Сидел бы я привязанный, то еще можно чувствовать себя великим юмористом и героем. А так, — он пожал плечами. — Отвечать будешь или продолжишь упражняться в остроумии?
— И что ты хочешь знать? — пытаясь устроиться поудобнее, спросил Китаец. Получалось плохо. Такое положение само по себе пытка и достаточно неприятная.
— Вас кто послал к Митричу? — ласково спросил Призрак, проводя когтем по столу, отчего за пальцем тянулась длинная стружка.
— Сами захотели облегчить карманы барыгам, — быстро ответил Китаец. — Если с таким размахом строятся, значит, есть откуда, от них не убудет.
— Не хочешь по-хорошему, — задумчиво сказал Призрак. — Понимаешь, я не уйду, пока ответ не получу. А врешь ты или правду рассказываешь, определяю сразу. Вот сейчас ты секунду колебался и потом сочинять начал. Подумал что-то вроде, все равно же убьет, не нужны такому типу свидетели. Убью, — спокойно сообщил он. — Только можно сделать это по-разному. Быстро и чисто или долго и больно.
Не люблю пытать, — доверительным тоном сообщил он, — но если надо, что ж поделаешь? Вон там, во дворе есть бочка, куда собирается дождевая вода. Могу засунуть головой вниз и топить, иногда вынимая, пока не начнешь колоться. Или просто и обыденно отрезать куски. Самые сильные рано или поздно ломаются. Но, возможно, ты страшно крутой знаток восточных методик отключения боли. Проверим? До рассвета времени много, да и не думаю, что к вам гости заходят. Днем тоже можем, мне особо торопиться некуда. Засунуть тряпку в рот, чтоб не орал и стругать острым ножиком. Вот швабру еще могу слегка заострить и посадить тебя жопой на нее. Много чего могу…
— Да сами мы, — не слишком убедительно ответил Китаец, попытавшись отрицательно помотать головой. Веревка врезалась в горло, и он невольно охнул.
— Надеешься все-таки? Что-то дернулся, когда я сказал, что торопиться некуда. Хотелось бы знать, на что в такой ситуации еще надеться можно. Тогда приступим, — сказал Призрак и, рывком приподняв связанного, зажал ему голову между своими коленями. — Давненько я такого не делал, пора освежить опыт. Он жестко сдавил пальцами виски Китайца и, повернув ему голову, уставился в глаза.
Через десять минут он брезгливо оттолкнул безвольное тело.
— Дурак, — пробурчал Призрак, порезав когтем руку бандиту и старательно слизав кровь. Потом разрезал веревку. Китаец судорожно задергался и, не вставая, пополз в угол, тихонько подвывая. Из перекошенного рта тянулась клейкая струйка слюны. — Был человек, а стал репка. Ни мозгов, ни даже нормальных рефлексов. Будешь теперь срать под себя. Лучше бы умер. И ведь противно как, — пожаловался он сам себе. — Убивать и то легче, чем ковыряться в мозгах подобным образом. Хорошо, что я не паук, просто иногда пользуюсь чужими методами. Всего три последних дня посмотрел, а мозги пациента в кашу. Не буду я тебе помогать теперь чисто умереть, надо было