Дорога к новой жизни

в этих делах прекрасно понимаю. Всю жизнь такими вещами занимаюсь, а недавно имела схожий случай — человеческую женщину в качестве пациента. Еще одна идиотка, нашла себе медведя, будто своих мало.
— Ну что тебе сказать, — задумчиво пробурчала она. — Ничего страшного не происходит. Обмен веществ мы тебе поправим, лежи спокойно. Вот так, — проводя руками, сказала она. И прикрикнула — Я сказала лежать спокойно! Будешь двигаться, придется все сначала начинать.
Это просто от неправильного питания, — продолжила Черепаха еще через полчаса. — Что надо и в каком количестве, я потом продиктую медсестре, и будешь делать, как написано. Проблема твоя на самом деле в том, что ребенок будет оборотень, а ты человек. У него несколько другие реакции даже в таком виде и это действует на тебя. Организм подстраивается, приспосабливаясь под его, а не под твое удобство. Беременность всегда стресс для тела, а у тебя она не стандартная. В кровь идет выброс разной химии, к которой ты просто не привыкла. Подробности тебе ни к чему, но дело это легко поправимое. Будешь следовать моим рекомендациям точно, не захочется кидаться на медсестер и вообще будет гораздо лучше. Ребенку тоже.
— Стой, — хватая Черепаху за руку, сказала девушка, поняв, что врач собирается уходить. — Ты вот сейчас говорила про других, у которых мужья оборотни. Правду говорят, что вы пришли из-за гор с севера и там все не так?
— Что все? — удивилась Черепаха. — Солнце светит, трава растет, девки беременеют. Везде одно и то же.
— Нет, — настойчиво переспросила девушка, — там оборотни нормально относятся к людям и даже могут спокойно с ними жить?
— А тебе кто не дает?
— Тед! — заорала беременная.
Дверь распахнулась, трахнув об стену и в дверь вбежал давешний пес, обшаривая палату взглядом на предмет злоумышленников.
— Тед, — быстро сказала девушка, — она говорит — это правда. Там можно спокойно жить.
Он посмотрел на Черепаху странным взглядом, в котором мешалась надежда с недоверчивостью, не то прикидывая как бы ей ноги поцеловать, не то — как бы выкинуть за дверь.
В открытую дверь заглянул главврач и вопросительно посмотрел.
— Все в порядке, — заверила его Черепаха, и он тихо закрыл дверь. — Так, — сказала она, — сейчас ты сядешь и спокойно расскажешь, в чем проблема. Мы, действительно, здесь появились недавно и не слишком в курсе происходящего.
Пес уселся на кровать и взял за руку беременную.
— Он, — сказала та, — оборотень-собака. Я человек.
— Очень новая информация, — пробурчала Черепаха. — Как тебя, — она припомнила что там врач говорил, — Таня. Просто и понятно в чем проблема?
— Дело в том, — продолжила девушка, — что у них запрещены такие браки. Тед пошел против родни, а они ему жить спокойно не дают. С работы выгнали, а на другую никто брать не хочет — боятся Клыкастой. И ребенка нашего никогда своим не признают. Да я и не хочу такого признания, сквозь зубы, всегда будет второй сорт.
— Это они так за чистоту крови борются? — спросила Черепаха парня. — Так не совсем глупость. Если дети у разных видов оборотней рождаются, могут быть серьезные проблемы. А могут и не быть, — задумчиво сказала она. — Смотреть хорошо надо. Знаете, что может произойти, когда матери говорят, что ребенок не жилец? Сообщая такую новость, лучше держать под рукой дубинку и пару больших мужиков и то не всегда помогает.
А почему мне говорили, что были другие случаи?
— Это, — подал, наконец, голос Тед, — случайность была. У проституток. Два раза за тридцать лет, и никто не знает, что с детьми сделали. Матерям заплатили хорошо, чтобы они помалкивали.
— То есть вы не прочь смыться куда угодно, только бы подальше отсюда? — уточнила Черепаха.
Таня быстро закивала.
— Вы что думаете там, где мы живем, так замечательно? Мы пришли туда только летом. Ничего нет, все работают без конца, в соседях крысы и, самое главное, людей-то у нас всего ничего. А оборотни далеко не все ангелы, в этом смысле мы не слишком от местных типов отличаемся. Кто старше, кто младше, кто сильнее и слабее — это все прекрасно знают. Все время новые приходят, и приходится часто выяснять отношения. Мы Кланом живем, а не семьей, и слово старшего закон. А вы, ребята, один раз уже против закона пошли.
— Значит новых кандидатов со стороны вы принимаете? — с нажимом сказал Тед.
— Ты собственно кто? — спросила Черепаха. — Профессия, — поняв, что до него не дошло, пояснила она.
— Слесарь, — удивленно ответил тот. — А что?
— Умеешь-то что?
— Да все что положено, разметка, рубка металла, опиловка металла, сверление, зенкование, зенкерование, нарезание резьбы, притирка, шабрение, сборочные работы и др.
— Зенкерование это чего? — удивленно спросила Черепаха.