Конечно же, жанр «фэнтези» возник задолго до Толкина. Но именно он, Король, создатель удивительного мира Среднеземья, стал тем краеугольным камнем, той отправной точкой, с которых началось триумфальное шествие Маленького Народа — эльфов, хоббитов, гномов, орков, гоблинов и множества других жителей мира, существующего параллельно с нашим, — по бескрайним землям фантазии. Памяти Короля и посвящен этот уникальный сборник, собравший под одной обложкой имена, составившие золотой фонд современной фантастики.
Авторы: Нортон Андрэ, Андерсон Пол Уильям, Тертлдав Гарри Норман, Терри Пратчетт, Молзберг Барри Норман, Уиндем Джон Паркс Лукас Бейнон Харрис, Сильверберг Роберт, Бигл Питер Сойер, Йолен Джейн, де Линт Чарльз, Гринберг Мартин, Бенфорд Грегори, Тарр Джудит, МакКиллип Патриция Анна, Резник Майкл Даймонд, Хабер Карен, Дональдсон Стивен Ридер, Маккирнан Деннис Лестер, Андерсон К. Лерой, Булл Эмма, Скараборо Элизабет
ищи, пока дракон тебя не почуял. Да уж, куда лучше было бы, если б твоя подруга не проиграла игру в загадки!
Я перестала искать ключ и внимательно на него посмотрела.
— Действительно, — сказала я, помолчав. — А уж для всех нас куда лучше было бы, если б ты никогда не совал сюда свой нос! Ну с какой стати тебя понесло прямо к дракону в пасть?
— Я пришел вот за этим.
И он указал мне на костяную арфу.
Ее струны блестели и переливались теми же ускользающими, мерцающими яркими красками, какими испятнаны были стены в туннелях. Рядом с арфой лежал небольшой золотой ключ. Я обладаю самыми заурядными музыкальными способностями, однако стоило мне увидеть мерцающие струны костяной арфы, и меня охватило страстное желание узнать, что за дивные звуки способен издавать этот инструмент, и я, лишь мгновение помедлив, прежде чем схватить ключ, легко коснулась одной волшебной струны.
И чуть не оглохла: казалось, запела и загудела сама гора!
— Нет! Не смей! — крикнул арфист, вскакивая на ноги; золото полетело от него во все стороны, точно брызги прибоя. И тут же остатки воздуха с хлюпаньем устремились из пещеры: вход в нее закрыло чье-то огромное крыло. — Ты — дура безмозглая! Как, по-твоему, поймали и меня самого? Кинь мне скорее ключ! Скорее!
Я не спешила. И нарочно подкинула ключ на ладони, дразня этого грубияна. Но тем не менее именно его я обещала отыскать и доставить в королевский дворец. И я отлично понимала, что, оказавшись вновь в руках Селендайн, отмытый и сытый, он вновь обретет былое очарование.
Я бросила ему ключ. Ключ упал, немного не долетев до его протянутой руки.
— Дура! — рявкнул он. — Такая же неуклюжая корова, как твоя драгоценная Селендайн!
Я прямо-таки остолбенела, а он словно ничего и не понял. Он вовсю тянулся к ключу, надеясь до него добраться. И тогда я резко повернулась к арфе и всеми пальцами с маху пробежала по струнам.
То огромное, что устремилось по каменным переходам к нам, испускало дым и пламень, оставляя позади грохочущие осколки камней. Арфист застонал и в ужасе закрыл лицо руками. Когда дым рассеялся, я увидела огромные глаза, которые, точно огненные луны, смотрели на меня откуда-то из-под высокого свода пещеры. Чудовищный коготь длиной с мою ногу нетерпеливо стукнул по полу в дюйме от моей ступни.
Прежде всего соблюдай правила вежливости, лихорадочно соображала я. Да, эта колдунья так и сказала: вежливость. Хотя, конечно, соблюдать правила вежливости в таких обстоятельствах было все равно что предлагать солнцу запросто поболтать. Но не успела я открыть рот, как арфист крикнул:
— Это она играла! Она тоже пришла сюда за арфой, хотя я пытался остановить ее…
На меня пахнуло нестерпимым жаром; я чувствовала, как золотая цепочка у меня на шее раскалилась и жжет кожу огнем. И я сказала, чувствуя, что при вдохе опалила себе все внутренности:
— Прошу прощения, господин мой, за то, что вторглась сюда непрошеной и этим оскорбила тебя. Но я пришла не по своей воле, а по просьбе моей королевы, которая мечтает получить назад своего арфиста. По-моему, ты, господин мой, не слишком интересуешься игрой на арфе? Так что, если позволишь, я с удовольствием заберу из твоего дворца того, кто, должно быть, весьма тебя раздражает. — Я умолкла. Огромные глаза немного приблизились ко мне. И тут я, вспомнив, что подобные вещи здесь считаются весьма важными, прибавила поспешно: — Мое имя — Анна.
— Анна, — шепнул кто-то в облаке дыма.
Я слышала, как дергается, звеня цепью, королевский арфист. Чудовищный коготь слегка отодвинулся от моей ступни, и ко мне склонилась огромная плоская голова ящера. Яркая чешуя дракона в густом дыму казалась закопченной; меж страшных зубов мелькали крошечные огненные искорки.
— А как его имя? — спросил дракон.
— Кестраль, — торопливо ответил арфист. — Меня зовут Кестраль Хант.
— Ты права, — вздохнул дракон, обдав меня жаром. — Он меня раздражает. Ты уверена, что хочешь забрать его назад?
— Нет, — сказала я, и глаза мои наполнились слезами от удивления и облегчения, ибо я наконец нашла в этой опасной стране нечто такое, чего мне не нужно было бояться. — Мне он совершенно не нужен. Он чрезвычайно груб, неблагодарен и начисто лишен какой бы то ни было чувствительности. Но я полагаю, моей королеве нет нужды его слушать; она любит его за красивые волосы и умелые руки музыканта. Так что я лучше все-таки возьму его с собой. Мне очень жаль, что он тайком пробрался в твой дом, да еще и пытался тебя обокрасть!
— Эта арфа сделана из кости дракона и его сухожилий, — сказал дракон. — Именно поэтому я и не люблю арфистов. Они совершают такие отвратительные поступки, а потом поют, какие они умные и талантливые!
