Конечно же, жанр «фэнтези» возник задолго до Толкина. Но именно он, Король, создатель удивительного мира Среднеземья, стал тем краеугольным камнем, той отправной точкой, с которых началось триумфальное шествие Маленького Народа — эльфов, хоббитов, гномов, орков, гоблинов и множества других жителей мира, существующего параллельно с нашим, — по бескрайним землям фантазии. Памяти Короля и посвящен этот уникальный сборник, собравший под одной обложкой имена, составившие золотой фонд современной фантастики.
Авторы: Нортон Андрэ, Андерсон Пол Уильям, Тертлдав Гарри Норман, Терри Пратчетт, Молзберг Барри Норман, Уиндем Джон Паркс Лукас Бейнон Харрис, Сильверберг Роберт, Бигл Питер Сойер, Йолен Джейн, де Линт Чарльз, Гринберг Мартин, Бенфорд Грегори, Тарр Джудит, МакКиллип Патриция Анна, Резник Майкл Даймонд, Хабер Карен, Дональдсон Стивен Ридер, Маккирнан Деннис Лестер, Андерсон К. Лерой, Булл Эмма, Скараборо Элизабет
стоит все же встретиться с ним лицом к лицу? — спросила я. — И призвать на помощь громы Господни?
Она была настолько потрясена моим предложением, словно я уже совершила страшное святотатство.
— Это же страшный грех! Как ты можешь так легко говорить об этом?
— Грех? — переспросила я. — Это считается грехом среди тех бездушных тварей, что обитают в лесу?
— Мы — такие же христиане, как и вы, — оскорбленно заявила она.
Нет, это было просто невероятно! Настолько невероятно, что могло быть только правдой! Я повернулась к ней спиной — меня бил озноб, в ямке под затылком противно покалывало — и пошла дальше. Через некоторое время она последовала за мною.
Молотьба была закончена, амбары полны, яблоки собраны, падалица отправлена под пресс и превращена в сидр. Моя единственная гордая виноградная лоза дала неплохой урожай, и я высушила виноград на солнце, превратив его в изюм. Весь Санси делал запасы на зиму, которая была еще довольно далеко.
И вот в один из таких наполненных осенними хлопотами дней к воротам города подъехал отряд вооруженных всадников. Мы-то давно их ждали — и Лиз, и я, и матушка Адель — еще с тех пор, как с деревьев стали облетать первые листья. Чаще всего, правда, днем мы оставляли у ворот кого-то из мальчишек, но на ночь всегда крепко их запирали. Оружия-то у нас не было, разве что косы да серпы или еще крюки для срезки веток; был еще старинный ржавый меч, который вдова нашего кузнеца выкопала в старой кузне прямо из-под горна.
В тот день, когда появился милорд Жискар, ворота сторожил Пьер Аллар. Селин, конечно же, потащилась за ним следом; на мой взгляд, она прямо-таки преследовала этого парня. Так что именно Селин меня и разыскала, когда увидела всадников.
Я прибежала к воротам почти сразу. Помнится, в тот день Лиз с самого утра просто места себе не находила, металась как перепуганная кошка. Потом села, спокойно занялась починкой Франчиной рубашонки, но вдруг вскочила, уронила шитье и выбежала из дома. Я догнала ее возле колодца и чуть не сбила с ног, потому что она совершенно неожиданно остановилась как вкопанная да так и застыла, глядя на меня безумными глазами и по-прежнему держа в одной руке иголку, а в другой — рубашку. Я схватила ее за плечи и как следует встряхнула. Несколько придя в себя, она пробормотала:
— Если он меня увидит, если он узнает, что я здесь…
— Ну и что! — рассердилась я. — Значит, ты просто трусиха, да?
— Нет! — гневно сверкнула она очами, снова становясь прежней Лиз, гордой и обидчивой. — Я боюсь только за вас. Он ведь сожжет деревню дотла только за то, что вы меня приютили!
— Не сожжет, — сказала я. — И вообще об этом даже говорить не стоит.
Подоткнув юбку, я вскарабкалась на городскую стену. Пьер был уже там, да и матушка Адель подоспела невесть откуда, хотя вообще-то от монастыря до ворот так быстро не добежишь, а она, как мне показалось, и не запыхалась вовсе. Я заметила, что на ней ее лучший апостольник и украшенный драгоценными камнями крест. Солнце так и играло в гранях самоцветов, и они светились белым, красным и зеленым, как молодая травка, огнем. Матушка Адель что-то буркнула мне в знак приветствия, а Лиз просто кивнула; она не сводила глаз с тех людей.
Вид у всадников был внушительный. Они были очень похожи на тех, что увели из дому моего Клоделя: в серых латах, в ярких плащах, а один даже со знаменем — знамя было красное, как кровь, и с непонятным золотым рисунком.
— Лев, стоящий на задних лапах… — промолвила Лиз, хотя ей вряд ли было видно это знамя — она еще не успела подняться на стену. Но уже и так все поняла. — Это герб дома Монсальва.
Милорд тоже был в латах и верхом. Сзади оруженосец держал под уздцы мула с навьюченным на него вооружением лорда. Сам же милорд Жискар сидел на огромном рыжем жеребце; впрочем, он и сам был весьма высок ростом: даже стоя на стене, я была не настолько уж выше его. И тут он поднял голову и посмотрел прямо на меня. У него было просто поразительное лицо! Несмотря на то, что я уже об этом человеке слышала. Он оказался гораздо моложе, чем я ожидала, и чисто выбрит. Хотя борода у него, видно, не слишком густая, подумала я. Волосы у него были светлые, рыжеватые, точно ячменное зерно.
Он посмотрел на меня и улыбнулся, показав белые ровные зубы. Яркие голубые глаза так и сверкнули.
— Какой там хорошенький стражник, оказывается! — со смехом воскликнул он и поклонился мне, сидя в седле. — О, прекрасная дама, сжалься над бедными путниками! Пусти нас в свое селенье!
Матушка Адель фыркнула:
— Да я скорее быка в загон к коровам пущу! Вы зачем сюда явились, а? Хотите забрать и те жалкие остатки мужчин, что еще у нас есть? Или, может, так поверите, что
