Конечно же, жанр «фэнтези» возник задолго до Толкина. Но именно он, Король, создатель удивительного мира Среднеземья, стал тем краеугольным камнем, той отправной точкой, с которых началось триумфальное шествие Маленького Народа — эльфов, хоббитов, гномов, орков, гоблинов и множества других жителей мира, существующего параллельно с нашим, — по бескрайним землям фантазии. Памяти Короля и посвящен этот уникальный сборник, собравший под одной обложкой имена, составившие золотой фонд современной фантастики.
Авторы: Нортон Андрэ, Андерсон Пол Уильям, Тертлдав Гарри Норман, Терри Пратчетт, Молзберг Барри Норман, Уиндем Джон Паркс Лукас Бейнон Харрис, Сильверберг Роберт, Бигл Питер Сойер, Йолен Джейн, де Линт Чарльз, Гринберг Мартин, Бенфорд Грегори, Тарр Джудит, МакКиллип Патриция Анна, Резник Майкл Даймонд, Хабер Карен, Дональдсон Стивен Ридер, Маккирнан Деннис Лестер, Андерсон К. Лерой, Булл Эмма, Скараборо Элизабет
чтоб тебе не пришлось жалеть о своем решении, — заверил он ее.
Лиз посмотрела на него в упор. Посмотрела так, как обычные люди не смотрят. И я услышала, что он затаил дыхание, а его адъютант в ужасе скрестил пальцы, надеясь защитить себя от нечистой силы, и осенил себя крестом.
Лиз улыбнулась и сказала адъютанту:
— Это тебе не поможет, Рэмбо.
Тот густо покраснел, а Лиз снова всю силу своего взгляда устремила на Жискара.
— Да, я вернусь с тобой в Монсальва, — повторила она. — И стану твоей ведьмой. И, если захочешь, твоей любовницей — но после того, как родится моя дочь. Ведь мне, изгою, в конце концов, больше не на что рассчитывать. И в этом мире у меня нет ни средств к существованию, ни родных.
Его радость явно угасала. Но в моей душе радость пока что пробудиться не успела. Однако по лицу Лиз, по ее какой-то свирепой улыбке я видела, что она и не думает сдаваться!
— Но прежде чем я покину Санси, — продолжала Лиз, — и прежде чем ты примешь меня в своем доме, ты должен знать, что именно тебе досталось.
— Я и так знаю, — бросил он, пожалуй чересчур резко. — Ты колдунья. И ты никогда не состаришься, никогда не утратишь своей красоты. Огонь готов служить тебе. Звезды сходят с небес, стоит тебе позвать их…
— Да, и люди тоже мне служат, — промолвила она тихо, — когда я этого хочу.
На мгновение в его глазах мелькнула неприкрытая алчность, и он постарался скрыть ее, но не очень умело, точно жадный мальчишка.
— А еще ты способна заглянуть в будущее. Мне об этом Эймерик сказал.
— Вот как? — Лиз удивленно изогнула бровь. — А он обещал мне, что никому не скажет.
— Я заставил его сказать. Правда, к этому времени я уже и сам догадался — ведь он многое мне рассказывал.
— Он никогда не умел ничего скрывать, — сказала Лиз. — Да, у меня есть и этот дар.
— Величайший дар, — промолвил он. — И поистине ужасный!
— Значит, у тебя хватает ума понимать это? — усмехнулась Лиз. — А может, тебе просто кажется, что ты это понимаешь?
Она встала, и адъютант Жискара испуганно от нее шарахнулся. Сам же милорд сидел неподвижно и лишь немного прищурил глаза. Лиз вышла на середину комнаты и остановилась прямо перед ним. Рука ее лежала на вздувшемся животе, словно защищая его от опасности.
— Хорошо, давай заключим сделку, господин мой. Я согласна уступить твоему желанию, но прежде чем ты увезешь меня отсюда, я бы хотела прочесть твою судьбу. И если тогда ты по-прежнему будешь уверен, что именно я должна играть в ней главную роль, то бери меня и делай со мной все, что хочешь.
Он явно почувствовал ловушку. Да и я ее почувствовала, хоть и не была столь знатного рода, как Лиз.
— Отлично задумано! — сказал он. — Теперь тебе осталось только предсказать мне скорую смерть и таким образом от меня отделаться!
— Нет, — возразила она, — я совсем не твою смерть вижу. И я скажу тебе правду, Жискар. Даю слово.
— Поклянись на кресте! — потребовал он.
Она коснулась креста на груди матушки Адели и поклялась. Матушка Адель сидела как истукан, не произнося ни слова. Она, как и я, ждала, что будет дальше.
Поклявшись, Лиз перекрестилась и что-то неслышно прошептала; должно быть, она молилась: было видно, как шевелятся ее губы. Затем она опустилась перед Жискаром на колени и взяла его руки в свои. Я видела, что он сперва будто окаменел, а потом, похоже, хотел вырваться и убежать, но она не пустила. Когда он немного расслабился и обмяк, Лиз посмотрела ему прямо в глаза. И снова он дернулся, словно желая освободиться, и снова она не выпустила его рук.
Я до боли стиснула пальцы. Сердце в груди бешено колотилось. Никаких громов и молний не последовало. И никаких клубов пахнущего серой дыма тоже. Я видела перед собой лишь хрупкую фигурку женщины на сносях, закутанной в мою голубую накидку. В тишине отчетливо звучал ее тихий нежный голос.
Она читала Жискару его будущее, словно по книге. Как он отправится из Санси верхом, а она последует за ним. Как они вернутся в Руан. Как там разгорится война, которая продлится долгие годы. Как снова вернется «черная смерть», а потом и еще раз. Как он будет храбро сражаться на поле брани, как переживет «черную смерть», а потом испытает мгновения великой славы. И она, Лиз, всегда будет с ним рядом: вечно юная, вечно прекрасная, вечно заботящаяся о его благе.
— Всегда, — сказала она. — Всегда буду я с тобою, во сне и наяву, во время войны и во время мира, в твоем сердце и в мыслях твоих. Я стану сутью твоей души, неотделимой частью твоего существа. Каждый твой вздох, каждый взгляд, каждая мысль — все это будет моим. Ты будешь блюсти чистоту, Жискар, ты будешь принадлежать мне одной и сможешь любить только меня. Ибо ни один из твоих поступков не будет
