Конечно же, жанр «фэнтези» возник задолго до Толкина. Но именно он, Король, создатель удивительного мира Среднеземья, стал тем краеугольным камнем, той отправной точкой, с которых началось триумфальное шествие Маленького Народа — эльфов, хоббитов, гномов, орков, гоблинов и множества других жителей мира, существующего параллельно с нашим, — по бескрайним землям фантазии. Памяти Короля и посвящен этот уникальный сборник, собравший под одной обложкой имена, составившие золотой фонд современной фантастики.
Авторы: Нортон Андрэ, Андерсон Пол Уильям, Тертлдав Гарри Норман, Терри Пратчетт, Молзберг Барри Норман, Уиндем Джон Паркс Лукас Бейнон Харрис, Сильверберг Роберт, Бигл Питер Сойер, Йолен Джейн, де Линт Чарльз, Гринберг Мартин, Бенфорд Грегори, Тарр Джудит, МакКиллип Патриция Анна, Резник Майкл Даймонд, Хабер Карен, Дональдсон Стивен Ридер, Маккирнан Деннис Лестер, Андерсон К. Лерой, Булл Эмма, Скараборо Элизабет
и на обломках лживых старых верований, разве не так?
Как ужасно он устал! Это была такая долгая ночь!
Хранитель сполз на пол, лег ничком, уткнувшись лицом в руки, и ему показалось, что в усыпальницу проникает нежный утренний свет. Значит, его затянувшееся бодрствование наконец завершено? Но как мог солнечный луч пробраться столь глубоко под землю? Он предпочел не мучить себя подобными вопросами, а просто лежать тихо и ждать. Вскоре действительно послышались шаги. Это возвращался Мерикалис. Ночь кончилась.
— Эй, Дириенте! Как ты тут?
— Помоги-ка мне встать, — проворчал старый Хранитель. — Я не привык ночевать на каменном полу.
Сторож осветил усыпальницу своим фонариком, словно ожидая, что здесь за это время успело что-то измениться.
— Ну, рассказывай! — не выдержал он наконец.
— Давай сперва выйдем отсюда, хорошо?
— С тобой ничего не случилось?
— Да нет, у меня все в порядке.
— А я так беспокоился! Я понимал, что тебе нужно побыть одному, но никак не мог перестать думать…
— Между прочим, думать иногда очень опасно, — холодно заметил Хранитель. — Я бы никому не посоветовал думать слишком долго.
— Знаешь, Дириенте, по-моему, то, что я предложил тебе вчера, будет лучше всего. Ведь свидетельства убийства, хранящиеся в этом подвале, могут буквально взорвать церковь. Наверное, нам все же следует подвал опечатать и поскорее забыть о том, что мы видели.
— Нет, — кратко ответил Хранитель.
— Послушай, нас же никто не просит рассказывать об этом. В мои обязанности входит всего лишь предохранение храма от разрушений. А ты обязан служить нашей вере, отправлять обряды и…
— А если эта вера лживая, Мерикалис?
— Откуда нам знать, лживая она или нет?
— Однако мы кое-что подозреваем, верно?
— Но утверждать, что Трое так никогда и не вернулись на свою звезду — это ведь ересь, правда? Скажи, Дириенте, неужели ты хочешь стать ответственным за распространение ереси?
— Я отвечаю за распространение истины, — сказал Хранитель. — Так было всегда.
— Бедный Дириенте! Что же я с тобой сделал?
— Я, право же, не стою твоей жалости, Мерикалис. Да она мне и не нужна. Ты просто помоги мне отсюда выбраться, ладно?
— Да, конечно, — пробормотал сторож. — Как скажешь.
На обратном пути туннели показались Хранителю не такими длинными и извилистыми, как в первый раз. Друзья молча продвигались по подземным коридорам к выходу. Мерикалис шел первым и даже ни разу не оглянулся. Хранитель поспешал за ним, да так бодро, как не ходил уже много лет. Голова его лихорадочно работала: он думал о том, что скажет позднее, днем, сперва служителям храма, а потом и верующим, которые придут в храм сегодня. А затем, возможно, он скажет это самому императору и его придворным; он расскажет им все, спустившись в огромный город, раскинувшийся под горой, и слова его падут на них, точно удар грома. А потом будь что будет.
«Братья и сестры, спешу сообщить вам великую и радостную весть! — вот как он, пожалуй, начнет. — Второе пришествие свершилось! И теперь я могу показать вам Троих во плоти. Они с нами теперь. Впрочем, они никогда нас и не покидали…»
Посланник летел много дней, прежде чем смог наконец безбоязненно коснуться ногами земли, оказавшейся в этих местах не такой раскаленной. Ее величеству, думал он, следовало бы послать сюда ифрита, а не сильфа, ведь ифриты с помощью своей магии способны в мгновение ока перенестись куда пожелают, а у духов воздуха скорость полета зависит лишь от мощности их крыльев, которые у них не больше, чем у обычной крупной птицы. Хотя, конечно, скорость перемещения — пожалуй, единственное преимущество ифритов. А уж всем известный бешеный нрав делает их и вовсе бесполезными в качестве посланников. Но в данном случае хватило бы, наверное, и одной скорости, ибо нигде в этих проклятых землях не осталось, похоже, ни одной живой души, даже поговорить было не с кем.
Первым признаком страшного несчастья, постигшего эти края, были густые клубы черного и серого дыма, полностью скрывавшие южную береговую линию Северных земель. Эту мрачную дымовую завесу то и дело с треском рассекали свирепые оранжевые молнии, или же она вдруг начинала как бы изнутри светиться яростным жарким светом. Мерзкая вонь доносилась с земли, лезла в ноздри, и посланник теперь был вынужден постоянно прикрывать нос полой своего одеяния, чтобы иметь возможность хоть как-то дышать.
