Их отправили в неизвестность практически без права возвращения. Они выжили и создали собственный Клан. Есть земля, есть уважение окружающих. Но если тебе что-то запрещают — это становится очень важным. Обойти запрет, добиться успеха там, где другие неспособны. Появилась возможность обойти правила — вперед, не оглядываясь на последствия. А существовать по законам, земным или эльфийским, Клан не собирается. У него имеются собственные. Взять все что можно — это правильно и полезно. Если по-другому не получается — заплатить, если нельзя — ограбить. Они ведь пришли на Землю нелегально и просто вынуждены вести себя так, а не иначе. Качество: HL
Авторы: Лернер Марик
на острове срочно не требовались, а здесь можно было продать и оплатить услуги. Команды на захваченные суда набирали из местных и даже приезжих. Хоть поляки, хоть французы, хоть бродяги. Тут главное было довести до места под присмотром пары клановцев. Морякам платили неплохую зарплату вкупе с обещанием бесплатного возвращения.
Поляки усиленно делали вид, что они нейтральны. Приблизительно как в свое время купцы в Карибском море. Часть товара уйдет в городе за сниженную цену, а деньги, полученные за перегон приза, тоже потратятся в городе. Все стоявшие в Варшаве суда Речников трогать запретили и даже выставили собственную охрану, чтобы избежать проблем, но стоило судну отойти от пристани, и ляхи разводили руками в бессильном негодовании. За происшествия на Дунае они ответственности не несли.
С осторожно подошедших к берегу барж прямо в воду прыгали десантные партии. Поднимая оружие над головой, они азартно ломились к очередному приобретению. Снять баржу с камней в ближайшее время не удастся, но любой груз мог пригодиться. Пиратам даже солонина с сухарями сгодится. Уже не покупать в Варшаве с постной рожей.
Сборище разнокалиберных судов гордо именовалось Первой эскадрой свободного Дуная и выступало под лозунгами свободной торговли. Кроме трех барж Клана в эскадру входила однотипная с «Рязанью» «Тула» Кулака и шесть самоходных барж, колесный пароходик, три парусных судна и еще разная мелочь. Все они имели на борту парочку крупнокалиберных пулеметов, а судно, прибывшее из французской Зоны, даже 75-миллиметровое орудие. На палубе построили орудийную платформу. Хобот орудия ходил по деревянному полукругу. Вся верхняя структура была скреплена с внутренней клетью болтами, проходившими через палубу. Пока от выстрелов кораблик разваливаться не собирался.
На борту каждого судна находилось от двух до пяти десятков бойцов, горящих желанием разжиться чужим добром. Половина добровольцев в прежней жизни именовались ушкуйниками и занимались тем же самым. Потихоньку грабили суда и моряков, правда, не в таких масштабах.
Каждый капитан от лица своих соратников стандартно подписывал договор со многими пунктами, учитывающими вопрос дележа добычи и подчинения. В зачет шли размеры команды, вклад в общее дело, даже ранения и гибель подчиненных, а также правила поведения при том, что именовалось конфискацией имущества. Сухой закон на время плавания, запрет на выяснение отношений на борту. Убийства и насилие при отсутствии сопротивления запрещались. Некоторые думали, что это формальность, и, после того как Пинающий Медведь выпорол нескольких пьяниц и повесил экипаж одной парусной шаланды за беспричинное убийство, а само судно продал в Варшаве, поделив вырученное между оставшимися, небольшая часть завербованных ушла. Все остальные прекрасно понимали необходимость дисциплины. Да и Зона не настолько большая, чтобы при желании нельзя было любого найти и свести счеты, когда все закончится. Тут или всех сразу убивать, чтобы не было свидетелей, или вести себя по определенным правилам.
Почти у самого борта лег снаряд, баржу изрядно качнуло, и фонтан воды обрушился на палубу.
— Самолет! — заорал Пинающий Медведь. Очень неудачно получилось. Беспилотник как раз с рассветом сел на палубу, и что там появилось со стороны Славянска, было непонятно. Разрыв был серьезный.
Через несколько минут самолет стартовал и пошел вдоль реки, стараясь держаться на фоне деревьев. На реке встала еще одна стена воды. Каждые две-три минуты падал очередной снаряд, и суда поспешно пытались выйти из-под обстрела. Они мешали друг другу и без всякого порядка стремились смыться побыстрее, забыв о собственных людях, высаженных на берег. Две баржи с изрядным треском столкнулись, но скорость была низкая, и особых повреждений друг другу не нанесли. Не то пятый, не то шестой снаряд угодил в несчастный пароходик, медленно шевелящий своими колесами. Он пробил было десятников, сотников и других выборных командиров. Теперь имелись ефрейторы, сержанты и прочие лейтенанты согласно стандартной российской системе. Больше не надо было выяснять иерархию незнакомых, она у каждого была на плече согласно квалификации, знаниям, опыту и навыкам. На плече еще имелась эмблема рода войск.
Пока в Клане высшим званием было «капитан», но, посылая Пинающего Медведя на помощь к Кулаку, Зверь предварительно обговорил условия. Военными делами занимался оборотень, и в его полномочия после принятия решения Борис вмешиваться не имел права. Люди в Форте при необходимости тоже обязаны были выполнять приказы Пинающего Медведя по военной части. А вот поставить задачу — это прямая обязанность Бориса.
Все дело было в том, что
