Дорога на Землю

и вкусно кушать. Это была основная площадка. Было еще две дополнительные, где он проживал, когда удавалось смыться от общественно полезной деятельности. Одна на равнинах в самой первой роще, его дом-дерево, и вторая уже в Треугольнике, где был еще один его дом в центральной роще. Впрочем, там он бывал нечасто. Обычно просто по-дружески вселялся в мой дом, создавая массу проблем. Охранники всякие, детей надо переселять, и вообще в трусах, почесываясь, уже не походишь, вечно какие-то просители толкутся.
А еще, как положено, в здании конторы находились кабинеты островных вождей — мирного, военного, вождя Хищников, мой личный, а также бухгалтерия. Слишком много стало жителей, чтобы каждый мог при желании прийти домой со своими проблемами. Теперь по официальным делам принимали только здесь. Тем более имелись соседи-люди, не входящие в Клан, разные посторонние посетители из Федерации, славянской Зоны и с равнин, которым необязательно было показывать некоторые вещи, находящиеся вне пристани. Личные просьбы — другое дело, можно и домой прийти. Хотя многие до сих пор разницу между личным и торговым делом не усвоили.
В подвале здания был выход в подземелья на мои личные склады, где на всякий опасный случай имелся неплохой арсенальчик, используемый по моему или Старшей разрешению. У многих уже давно в доме был кроме официально полученного ствола еще и личный, да не один, но запас карман не тянет. При необходимости остров был способен поставить под ружье дополнительный батальон с тяжелым вооружением. Меня давно уговаривают приобрести еще и многоствольную установку вроде «Града», только юаровского производства, но не представляю, на кой она мне сдалась. Одна-единственная «Шилка», продемонстрировавшая только однажды свои возможности, заставила в срочном порядке попроситься в данники сразу два крысиных рода. А таких многоствольных машин у нас сегодня в каждой роще в Треугольнике по экземпляру. Техника далеко не новая, но в очень приличном состоянии.
Сейчас на площади перед конторой собралось не меньше трехсот волков, где-то под две сотни приматов и несколько десятков разнообразных кошачьих. Были еще и другие, включая людей, но это явно понабежали любопытные, а вот волки с приматами, четвероногие и двуногие работали сплоченным коллективом, собравшись под окнами и дверями. Не хватало только транспарантов с лозунгами и знамен.
Четко по команде они взвыли и хором начали скандировать: «Самые честные на свете — пауки, они всегда держат слово!», «Никто не может без разрешения Совета торговать с Кланом, заключать договора, мы его непременно накажем!».
Потом нестройный хор затянул совершенно неприличные частушки с поминанием пауков, их сексуальных возможностей и умственной неполноценности. Я, слегка обалдев, наблюдал все это зрелище и даже не заметил, как подошла Старшая.
— Ну как тебе это? — ухмыляясь, спросила тигрица.
— Что происходит? — уставился я на нее.
— Прибыла делегация с равнин, — пояснила Старшая, — почти десяток пауков и вождей от волков и приматов. Пытаются выработать договор, который всех бы устроил. Только не с нами, а с Клыкастой и с представителем Федерации общин от людей. Про переселение в горы, а то их совсем зажали. Даже на решение Совета пауков забили и ведут сепаратные переговоры при посредничестве Зверя. Буры все равно уходят, на Первом и Малом озерах остается ничья территория. Вот они и просятся на жительство. О! — обрадованно воскликнула она, присев у клетки. — Привез. Вот этот — мой, — тыча пальцем в полосатого кота с роскошными белыми усами, утвердительно заявила Старшая.
— Твой, — нетерпеливо подтвердил я, — специально старался. Ты лучше объясни толком. Оборотни бегут с равнин?
— Ну не прямо бегут, — засовывая пальцы в клетку и давая их обнюхать коту, пояснила Старшая. — Пока время терпит, но ничего хорошего. Поодиночке сейчас не отобьешься, у всех племенные союзы, сегодня дружат с одним, завтра с другим.
Кот внимательно изучил руку, благосклонно принял кусочек мяса из кармана и позволил вытащить себя наружу.
— Многие не имеют что сеять на следующий год, — говорила она, поглаживая горло котяры, — а стада диких травоядных дохнут прямо на глазах. Еще немного — и падаль начнут жрать. Плохо в степи. Эти самые умные оказались. Разрезающая плоть постоянно делилась информацией со своими приматами и про наши дела, и про Зону, и про Федерацию. Вот они прикинули все и решили сделать интересный финт. Волки вполне родственный вид собакам, и больших проблем в принципе не ожидается — вливание свежей крови всех устраивает. А приматы отдельно, будем употреблять их по всей программе. Не просто в союзники, но в младшие союзники вербуем. Так