Дорога Перемен. Дилогия

сейчас делать? Ну, наверное, нужно сходить поесть, а то я уже проголодался.
Пока обдумывал все, что нужно будет делать, прошло не так уж мало времени, нужно и у Зигфрида поинтересоваться, что тут и как. Он человек военный, должен больше конкретики внести. Его я нашел рядом с Митяем, как я понимаю, это наш источник информации на ближайшее время.
Подойдя к ним, спросил:
– И как наши дела, капитан?
– Господин, не так плохо, как казалось, но и не радужно. Проблемы есть кругом, начиная с продовольствия.
– Кстати о еде, я тут проголодался, неплохо было бы перекусить, а за едой все и обсудить, – перебил я его.
– Хорошая мысль, ваше могущество. Митяй, веди нас в главный зал, будем трапезничать.
– Конечно, ваши благородия. Марфе, нашей кухарке, я недавно сказал, чтобы она приготовила снедь. Но, ваше могущество, трапеза получилась скромной. Не шиковали мы тут особо никогда. А тем более после того, как барон на войну отправился, Злыдор выжрал в одно рыло и так не сильно большие запасы кладовых.
– Что, мяса не осталось даже?
– Осталось, только немного, и сейчас вам оно готовится.
Пока мы шли, я начал уже более внимательно осматривать внутренние строения. Везде все убого, пристройка возле донжона и была приемным залом. А я‑то гадал. Когда зашли внутрь, открылось все то же зрелище, что и снаружи. Помещение было немаленьким, метров пятнадцать в длину и семь в ширину, с потолком метров пять, может меньше. Два длинных стола с лавками стояли по длине помещения, и один стол на возвышенности, с креслом‑троном по центру. Стол для барона и его ближайшей свиты или семьи.
– Господин, все уже готово. Вы простите, что тут не очень чисто, просто господин барон ел практически всегда у себя, а гости у нас были, уже и не помню, когда. Вот и получилось, что приемный зал пустовал практически все время.
– Ничего, пыль сейчас не самое важное для меня.
Я по праву сразу пошел и сел в баронское кресло, напротив меня присел Зигфрид, а в стороне остался стоять Митяй. Глянул на него, спросил:
– А ты чего не садишься, есть не хочешь?
– Но, ваше могущество, это господский стол, мне туда нельзя.
– Садись, сегодня можно.
Когда и Митяй уселся, как по волшебству, появились кухарки с подносами и начали заносить всякие яства. Как и говорил кузнец, ничего особого не было, поджаренная чья‑то нога, каши всякие, огурцы и жареные яйца, целая гора. Ну, все как я привык, по‑простому, но вкусно и сытно. Пока ели, ни о чем не говорили, я жрать хотел, как волк, все остальные от меня не отставали. Митяй‑то вообще, наверное, не помнит, когда так ел в последний раз, судя по тому, как у него блестели глаза, полночные счастья. Непорядок, голодные подчиненные плохо работают.
Минут двадцать продолжался праздник живота, во время которого никто не стремился первым начать разговор, да и я не спешил. Когда насытился и глянул на мужиков, они, как и я, уже практически доедали то, что было, поэтому решил заговорить.
– Ну что, Зигфрид, рассказывай, как обстоят наши дела.
– Господин, как я уже говорил, проблемы есть кругом. Кладовая почти пустая. Перед отправкой на битву барон проехался почти по всем деревням и забрал тех мужиков, которых смог, как сами понимаете, никто не вернулся. Так что дружину, если и получится набрать, то далеко не первой свежести. Злыдор, гад такой, даже обосравшись, всего не рассказывал. А именно, что барон по факту не особо контролировал баронство и все приказы отдавал Злыдор. Он ввел повышенный налог для селян, потому те и начали покидать баронство, так как жили впроголодь. Деревни уменьшались, налогов становилось меньше, но Злыдор все ставку не снижал. Это привело к тому, что люди убегали кто куда. Митяй рассказал, что в деревне Центральная уже давно не полторы тысячи человек, семьсот бы набралось, а в тех, где должно быть по триста‑пятьсот, вообще половина. Во многих деревнях остались доживать свой век нищие старики да бабы. По поводу грибницы Митяй сказал, что и во времена, когда она работала, не сильно много приносила золота, то ли сорт гриба был не очень, а может халтурили, но явно на нее делать упор не стоит. Замок когда‑то был крепкий, но давно это было, чтобы его восстановить нужны маги земли. Те строители ремонтировали стены, но только заляпать снаружи могли, а ее изнутри нужно латать, чтобы крепость первобытная у нее была. Митяй рассказывал, что когда‑то приехал один такой маг, который дело это знает, из города графского, так он сказал, что привести к первозданному виду одну стену будет стоить семь тысяч золотых и что постройка старая, ее на новый лад не мешало бы перестроить, тогда бы цена вросла в полтора раза. Сами понимаете, таких денег у нищего баронства отродясь не было.