Дорога Перемен. Дилогия

с чем связано такое ее поведение? Но бегать за ней и выяснять особого желания нет.
– Здравствуй, Джо. Как дела, как ферма? – поздоровался капитан, когда я к нему подъехал. Тот стоял немного в стороне от тренирующихся и наблюдал.
– Не очень. Мегера спровоцировала схватку химер с Бонвилем, один ракс погиб, еле откачал второго, – произнес я, посмотрев так же, как и Зигфрид, на тренирующихся. – А ферма в порядке, прошелся заклинаниями по кролям, повторю через пару дней. Будет видно по эффекту, если процесс будет идти стабильно, стану раз в неделю ездить
– А что послужило причиной схватки? – повернув голову в мою сторону, серьезно спросил капитан.
– Да графиня, начала рассказывать, что мои химеры слабые, а Алан стал поддакивать ей, а затем она предложила провести схватку. Сам понимаешь, отказать я не смог, хотя и не очень хотел ее устраивать.
– Таки да, если провоцируют на слабо, особенно женщина, тяжело отказаться, чтобы не упасть в чьих‑то глазах, выбора‑то у тебя особо и не было. – понимающе покачал головой Зигфрид. – Вижу, одного из «Тройки» убили, да?
– Да, Алан кулаком попал в голову, раксу полчерепа снесло… Я даже и не думал, что он может одним ударом причинить такой вред, а вот оно как оказалось…
– Я тебе говорил, он силен. Знаю его еще по службе у герцога, иногда пересекались, неплохим человеком был. Но если он даже в чем‑то и не согласен с графиней, сам должен понимать, наперекор ее словам не может пойти. И за то время, что графиня тут, я понял, что слуг, неидеально исполняющих ее волю, она не потерпит.
– Да это понятно, тут она самая важная цаца… – хмыкнув, произнес я.
– Не только тут, Джо, но и во всем герцогстве. Ты же знаешь, что у Волфа Гросвенора нет сыновей? Его титул наследует Сабина Гросвенор, старшая сестра Урсулы. Так что графиня в будущем будет очень значимой фигурой во всем домене Гросвенор, из этого следует, что лучше с ней не враждовать.
– И что предлагаешь? Во всем ей подчиняться и жопу целовать? – слова капитана начали меня понемногу раздражать, хоть я и понимал, что он прав.
– Как поступить, не знаю, сильно странное у нее поведение. В жопу тем более не стоит целовать, сядет на голову. – задумался капитан, почесывая бороду.
Борода, как и волосы на голове у Зигфрида начали расти отменно, и, судя по всему, бороду он планировал отпустить. Как он рассказал, в битве с убийцами борода спасла его шею от царапины, так что он воспринял это как знак и решил отрастить ее до былых размеров
– Тебе магистр не рассказывал, почему она решила тут засесть на четыре месяца, ей тут что медом намазано, почему не у графа какого‑нибудь? Почему именно в захудалом баронстве?! – разговор с магистром не сильно прояснил причину столь длительного пребывания тут гостей.
– Ну, что одна из целей – это посмотреть, как ты справляешься с управлением баронством, это точно. Но смотря за тем, как она интересуется баронством, становится понятно, что эта цель не главная, а вот какая причина пребывания на самом деле, не знаю. Может, герцог ее отправил присмотреться к будущему женишку? Га‑га‑га, – заржал своим конским смехом капитан. – Что скажешь? Она барышня видная, ты тоже жених хоть куда. Бери ее и неси на сеновал! А после она и подобреет. Га‑га‑га, – вот человек, сам пошутил, сам заржал, да так заливисто и громко, что и мне самому стало смешно.
– Ха‑ха‑ха. Да что ты в самом деле, чтобы я и эта мегера? Да никогда! – отсмеявшись произнес. – Ты же видишь, невыносимая баба, а как жить с ней рядом на постой? Она же мозг выест, как мои комары. Да и не по статусу, сам понимаешь, птица не моего полета.
– Что за комары такие, что мозг выедают? – заинтересовался Зигфрид
– Нет, мои не выедают, а высасывают. Я когда в лесу жил, создал два десятка, там их в битве и потерял. Потом не создавал больше, мерзкие слишком, сделаю только в крайнем случае.
– Ты знаешь, возьми‑ка их создай. Такие твари народ страшно пугать будут. Тут недавно дружина с татями повстречалась, наши их порубили, но, судя по всему, лихой люд узнал, что баронство ослабло, вот и начали всякие разные стягиваться. А вот если люди поймут, что бывает с теми, кто со злом к нам приехал, десять раз подумают, прежде чем разбой тут творить. Что, думаешь не так?
– Знаешь, а ты прав! А меня после такого на костре не спалят? Какая‑то уж сильно жуткая казнь будет, – как вспомнил момент с зайцем и комаром, меня даже трухануло.
– С людьми, конечно, так нельзя поступать, но скольких мы спасем, если тати сцаться будут, при мысли о нашем баронстве и не забредут сюда никогда. Я же не говорю про всех, а вот самых злобных тварей в человеческом облике почему бы и нет? Твари будут жрать тварей, в природе всегда так! – смотря мне в глаза, серьезно