Родился в мире, где один мечник может превратить армию в фарш? Не переживай. В скором времени ты узнаешь, что это далеко не самое страшное. Теперь ты — шестилетний паренек. Даже кое-какие способности есть. Уже что-то. Воспользуешься ими правильно, может появиться шанс выжить. А если нет — не беда. В этом мире куча талантливых ребят с детства кормят червей. Хочешь стать одним из них? Или все же нет?
Авторы: Тартаров Радислав
о создании лагеря практически на границе Алтонии, он подумал, что это будет только первой ступенькой на пути, ведущем его к победе, но когда выяснилось, что данный форт закрепляется за ним на три месяца, печали командира не было конца. За это время война может уже и закончиться, и есть все шансы, что больше проявить себя у него не получится. Именно поэтому в сегодняшний унылый вечер Мунаций решил немного выпить хорошего вина и поразмышлять о начале войны.
Алтонию в армии империи уже давно не воспринимают как какого-то серьезного противника, былые ее победы уже забыты, и только редкие военные историки помнят о том, что когда-то она вообще что-то могла.
Первые серьезные стычки начались у шестого легиона с пограничными войсками, и прошли они на удивление легко. Причина была понятна: маги Алтонии проявили себя откровенно слабенько против боевых звеньев Империи, их выступление показало, что они были откровенно не готовы противостоять слаженным действиям когорт.
Но по первым боям и отдельным частям врага не судят всю армию, и это имперцы понимали, противник сопротивлялся, вместо качества он брал количеством и нес ощутимые потери. Легат не спешил нападать, нужно было полностью убедиться в ущербности врага, и каждая из последующих атак была все масштабнее.
Мунация Планка не интересовали причина войны и количество потерь у противника, мысли его были о том, что без серьезных боевых заслуг он не получит в награду хороший земельный надел, и это больше всего печалило. Его отец, Планк Корнелий, уже отдал лучшие земли его братьям, и помог Мунацию лишь тем, что поспособствовал его быстрому повышению по службе в легионе.
Известие о начале войны Планк принял с радостью, хотя он сам в стычках не участвовал и сильно огорчался, что ему не дают себя проявить с таким, по его мнению, слабым противником, и словно в наказание его назначили командиром форта.
Вот и сегодня откровенно скучный день подходил к концу, нападения Алтонских солдат на форт он не боялся, особенно после известия о том, что в один из боев они с собой привели каких-то собак-переростков, которые не успевали даже добегать до их солдат. Это откровенно повеселило Мунация. Армия, которая в войне рассчитывает на собак, не может что-то противопоставить легиону и не заслуживает его уважения. Так думал командир, хотя о великой его храбрости все знали, и, если бы он встретил в лесу хоть одну из этих так называемых собак-переростков, ему же первому нужно было менять портки.
У лагеря была слабая организация, так как форт был по большей части вспомогательный, и основные боевые отряды были направлены на другие части фронта. А Мунаций Планк в объятиях двух наложниц засыпал с мыслями о великих свершениях, не догадываясь о том, что эту ночь ему уже не суждено пережить.
Сигнальный рог разбудил Планка не сразу, он не привык вставать так рано, а служба в тылу не научила его дисциплине. Открыв глаза и не сразу поняв, что за крики снаружи, он неспеша начал подниматься, через двадцать минут оделся и, обдумывая кары, которые он обрушит на нарушителей спокойствия, вышел из своей комнаты.
По какой-то причине двоих легионеров, которые должны были его охранять, возле дверей не обнаружилось, что уже вызвало у Планка тревогу. Чем ближе он подходил к выходу на улицу, тем меньше хотелось туда идти, ибо с той стороны были уже отчетливо слышны крики и взрывы, но, хоть Мунаций был откровенно паршивым легионером, он все же им был, достал меч и поспешил на отражение атаки противника. Открыв двери и выбежав, он краем глаза заметил движение, и затем наступила тьма…
Несшийся рядом со зданием ратлинг заметил выбегающую оттуда жертву и, преодолев расстояние до нее молниеносным прыжком, отрубил голову лапой, а затем побежал на поиски остальных, ибо хозяин дал приказ убить всех, а его чутье говорило о том, что тут еще есть живые…
Возвращение в лагерь было хоть и небыстрым, но добрались мы без происшествий. Мне вообще вся эта ситуация не нравилась, как-то странно все, в моем понимании нас должны были преследовать, но нам даже не повстречались отряды егерей врага, имперцы проявили какую-то непонятную беспечность на нашей территории. Мои мысли по данному вопросу я озвучил Грегору.
– Ваше могущество, тут и мне неспокойно, как-то все просто прошло, как по мне, возможно, для врага этот форт не являлся чем-то особенным, или тут что-то другое. Скоро двое оставленных нами егерей вернутся в лагерь, и мы, я надеюсь, все поймем.
– Тут ты прав, будет видно.
Как говорится, все крепки задним умом, вот и я начал обдумывать приказ, который дал химерам, и пришел к выводу, что я
