Родился в мире, где один мечник может превратить армию в фарш? Не переживай. В скором времени ты узнаешь, что это далеко не самое страшное. Теперь ты — шестилетний паренек. Даже кое-какие способности есть. Уже что-то. Воспользуешься ими правильно, может появиться шанс выжить. А если нет — не беда. В этом мире куча талантливых ребят с детства кормят червей. Хочешь стать одним из них? Или все же нет?
Авторы: Тартаров Радислав
бесконтрольно размножаться, может стать причиной гибели всего живого. Но я тупой, мне можно таким заниматься. Родных угробил по своей вине, никого нет, один остался. А та тварь, что хотела меня убить, жива. Это недопустимо!!! И потому я рискну, и будь что будет.
Как показала практика с Баалом, чем меньше тварей проходят ритуал искажения, тем умнее и сильнее они становятся, мне пока такого результата не нужно. Сильно умных в моем окружение не должно быть, так как своим разумением они будут смущать меня. Тупых солдатиков легче контролировать. Баал уже позволил себе рыкнуть на Доментия, я хоть не подал вида, но от этого очень сильно расстроился, я и так не могу понять, из какого теста он слеплен и что меня ждет с ним дальше. Да и с химерами, якобы моим преимуществом, не все так гладко, как хотелось бы.
Потратил ни много ни мало три часа, чтобы наловить где‑то сто комаров, умудрился еще сотню убить в процессе, три раза сбивался, пока их считал, они ведь постоянно ползают в том ведре, куда я их закидывал. Появилась проблема, которую я не предвидел, как мне их отдельно разместить в круге пентаграммы, они же все разлетятся кто куда. Самой моей гениальной идеей было поотрывать крылья, но потом понял, что это маразм, и решил рискнуть провести ритуал с комарами внутри ведра.
Все началось, как обычно. Стандартный ритуальный круг с черточками, которые мне ничего не говорят, дальше мыслепосыл с формами заклинания и стандартный отток маны. Все сразу заволокло зеленым туманом, правда, сильно концентрированным, видимо, я влил больше энергии, чем надо, это из‑за того, что сильно нервничал. Некоторое время провел в ожидании, пока он исчезнет, а точнее впитается в новоиспеченных химер.
Когда увидел существо, я охренел прямо на месте. Ту мерзость, что предстала передо мной, невозможно было описать. Семь крыльев с каждой стороны, утыканная трубками‑шприцами носовая часть, такое ощущение, что глаза у нее были по всей голове. Чёрт, смотря на эту тварь, всю такую в усиках, что шевелились как лапы у сколопендры, я чуть ли не рыгал… Какое же оно мерзкое, и самое главное, размером с кота, бр‑р меня аж мандражить начало.
Тут эта погань стала расправлять крылья и взлетать и направилось в мою сторону, а я, черт возьми, не давал ей приказа. Я не знаю, что ей надо, но на команды она не реагировала и все увереннее двигалась ко мне, словно постепенно начала привыкать к телу. Я не выдержал и дал приказ Баалу и ратлингам ее разорвать. Первый питомец, что успел сцепить свои челюсти, и покончил с жалким существованием этого недосущества. Разорванное туловище трепалось у него в пасти недолго, я решил перестраховаться и убедиться, что тварь порвут на мелкие кусочки. Вот и конец, больше не двигается.
Но не успел я расслабиться, как того ратлинга, что убил комара‑мутанта, начало что‑то словно изнутри разрывать, его кидало из стороны в сторону, то одна, то другая нога у него подкашивалась, потом он начал изрыгать рвотные массы из себя, черт, среди этой жижи выпала и чья‑то рука… Но то, что произошло дальше, отвлекло меня от мысли о человеческой конечности, у ратлинга начала отваливаться челюсть, ее словно что‑то разъедало, за ней начала деформироваться голова, она вминалась внутрь, тут я увидел что происходит. Моего ратлинга пожирали черви, им не было числа, а химера уже не могла молчать, тот визг боли, что она издавала, наверное, слышало пол‑леса. Что делать, что делать, мать его, я не понимаю! Все туловище существа начало деформироваться, а я все смотрел и не мог допереть, что мне предпринять. Мне чертовки захотелось, чтобы все это закончилось, если эти твари размножаются в таких количествах, то все, жопа. Всему писец.
Не знаю, что на меня нашло, но мне пришла бредовая идея, я решил наложить заклинание стазиса наоборот. Я попытался сделать так, чтобы твари, что рождались ежесекундно, моментально померли. Направил заклинание на область, где корчилась в предсмертных муках химера, напитал его силой и начал молиться, чтобы сработало. И тут произошло чудо, остатки ратлинга с тысячами мерзких червей на секунду остановились, а потом начали дрыгаться с еще большей силой. Я увидел, что твари гниют и распадаются, пару секунд происходило разложение тела, а затем и та жижа, что от него осталась, превратилась в пыль, которая разложилась на еще меньшие частицы и их не стало видно. Все это время я стоял с раскрытым ртом и не понимал, как так‑то? И что я сделал?
Когда прошло несколько минут, я все еще пялился на круг земли, в котором абсолютно ничего не было. Наконец‑то поняв, что все закончено и можно расслабиться, я рухнул на землю. Сил не было, прислушавшись к себе, понял, что и манны тоже не осталось. Вот они, опыты, мать его… А что было бы, если б я помедлил и тварь ужалила меня,