Дорога судьбы

обсуждали текущие дела, и Антуан с первой до последней минуты не спускал с рук Доминик. Они слушали его рассказы о войне и де Голле, перед которым он благоговел.
– Придет время, и Америка вступит в войну. – Он был абсолютно уверен в этом.
– Но Рузвельт этого не говорит, – возражала Сабрина.
– Он врет, а тем временем готовится к войне, помяните мое слово!
Она улыбнулась:
– Все еще занимаешься предсказаниями, Антуан?
– К сожалению, не все мои предсказания сбываются, – улыбнулся он в ответ, – но это сбудется. – Он спросил о Джоне и Арден, но на лице его не отразилось никаких эмоций.
Он был слишком поглощен войной, де Голлем и прочими делами.
Сабрина рассказала ему о великолепной свадьбе и с грустью вспомнила Амелию. Она уже никогда не сможет навестить ее. Амелия умерла через несколько месяцев после рождения Доминик, на девяносто втором году. Она прожила долгую, полную, счастливую жизнь и умерла в свой срок, но Сабрина все равно тосковала по ней.
Антуан собирался повидаться с Арден и Джоном на обратном пути через Нью-Йорк, но вышло так, что ему не хватило времени: отпуск сократили, и он уехал на три дня раньше, чем было задумано. Но он все же успел позвонить и застать Арден. Джона не было дома.
– Они с Биллом на деловом обеде. Он расстроится, что не сумел поговорить с тобой.
Ей хотелось сказать ему, что она была бы рада, если бы муж взял ее с собой. Но, увы, теперь она замужняя дама и должна взвешивать свои слова.
– Береги себя! Как поживают Сабрина и Андре?
– Великолепно. Работают. Я рад, что повидался с ними. А Доминик как выросла! – Он засмеялся в трубку, представив себе лицо Арден, а она закрыла глаза и улыбнулась.
Она часто думала об Антуане. Но она счастлива с Джоном. Арден знала, что сделала правильный выбор. Они женаты уже четыре месяца. Она надеялась вскоре забеременеть.
– Видел бы ты Доминик на свадьбе. Она была очаровательна!
Мысль о том, что она замужем, все еще причиняла Антуану боль. Пора было заканчивать разговор.
– Передавай Джону привет!
– Да, конечно… Береги себя…
После разговора с Антуаном Арден долго сидела у телефона, уставясь в одну точку. Ей хотелось дождаться Джона, но он вернется не раньше трех часов ночи. Так бывало всегда, когда они выезжали куда-нибудь с Биллом.
На следующий день Арден рассказала мужу о звонке Антуана, но тот не проявил к этому никакого интереса: у него жутко болела голова после вчерашнего.
– Дурак он, что ввязался в это дело, – проворчал Джон. – Слава Богу, нашей страной управляют умные люди.
– У Франции не было другого выхода, – с досадой ответила Арден.
– Может быть, ты и права, но у нас-то есть выход; да и американцы в тысячу раз умнее французов…
Приблизительно то же он говорил и на следующий год, когда они приехали в Напу.
– Не морочь себе голову, Джон. Я уверена, что Рузвельт блефует. Через год мы тоже будем участвовать в этой войне, если она до тех пор не кончится.
– Черта с два! – Он слишком много выпил.
Раз в год они навещали родителей, и на этот раз Джон был рад этой поездке.
Последние два месяца Арден была подавлена. В июне у нее был выкидыш, и она переживала это, словно конец света.
– Ради Бога, это же всего-навсего ребенок… Черт побери, да и ребенка-то никакого не было!
Но она безутешно рыдала, и Сабрина прекрасно ее понимала; она помнила, что чувствовала, когда потеряла своего долгожданного первого ребенка, зачатого ею с Джоном Хартом; прошло немало времени, пока она не забеременела вновь.
– Все пройдет, девочка… Посмотри на меня, потом я родила Джона и Доминик… – Они обменялись улыбками и принялись следить за девочкой, игравшей на поляне со щенком.
Ей было почти пять лет, и родители считали ее лучшим ребенком на свете. Она была их отрадой, как и предрекали Сабрине врачи.
– В один прекрасный день у тебя родится другой ребенок. Но сейчас тебе тяжело. Почему бы тебе пока не заняться каким-нибудь делом?
Арден пожала плечами, на глазах у нее вновь выступили слезы. Единственное, что она хотела, это поскорее забеременеть, но Джон никогда не бывал дома, а когда все же появлялся, то был пьяным или усталым. Ей было тяжело общаться с ним, но говорить об этом свекрови Арден не хотелось.
– Ничего, дай срок. После выкидыша я забеременела лишь через два года, а тебе столько не понадобится.
Арден улыбалась, но переубедить ее так и не удалось. Она действительно воспринимала случившееся как конец света. Джон оставил ее в Напе, а сам отправился к друзьям в Сан-Франциско. Сабрина считала это совершенно недопустимым.
– И часто он так поступает? – однажды