Дорога

не только из песка. Виднелись полосы гравия и глины. Дорога пересекала ручей по одной из этих более устойчивых полос, которая могла выдержать вес машины, если не было дождя.
Но даже дно ручья оставалось ухабистым и тряским.
— Ай! — воскликнул Натан, когда грузовик преодолевал низкий западный берег. Маленький фонарик, упавший с приборной доски, ударил его по колену.
— Прости, дорогой. Осталось немного. — На самом деле они не проехали и половины пути — они даже не приблизились к первым воротам, — но сколько времени им потребуется? Не так уж и много, если дорога станет лучше, а она просто обязана стать лучше перед шоссе Грейс вспоминала, что дорога становилась всё хуже и хуже на пути к ферме.
— Мама?
— Что?
— Мне нужно в туалет.
Только голос, которым это было сказано — тихий, измученный и извиняющийся, — удержал Грейс от того, чтобы накричать на Натана. Невероятным усилием воли сохранив самоконтроль, она смогла ответить спокойно:
— Я не могу сейчас остановиться, Натан.
— Я знаю.
— Подожди, пока мы не доберёмся до шоссе, ладно? Там посмотрим, что можно будет сделать.
Натан притих. Большие ухабы закончились, и местность постепенно выравнивалась. Земля становилась ещё более пыльной и песчаной. Растительность встречалась всё реже, деревья исчезли. Сухая трава простиралась до самого горизонта, и только низкий кустарник или солончак оживляли однообразный вид. Всё остальное поглощалось знойным маревом, колыхавшимся там, где небо встречалось с землёй. Шоссе, заграждения бесконечная череда столбов с линиями электропередач, которые тянулись на север к Брокен-Хиллу и на юг к Милдуре…

они были где-то впереди, в отдалении, за этим дрожащим маревом. Но насколько далеко? В пятнадцати минутах пути? В двадцати? Около того, если дорога, похожая на лист рифлёного железа, продолжит лениво петлять между несуществующими препятствиями. Казалось, будто они ехали по огромной грудной клетке. По бесконечной стиральной доске.
— Я открою ворота, — объявила Грейс. Её голос вибрировал вместе с грузовиком. Натан робко улыбнулся.
— У тебя смешной голос, — сказал он. — Эй! И у меня тоже.
— Да. Ты меня слышал? Скоро я открою ворота.
— Да, я знаю.
И тут грузовик начал замедлять ход.
Грейс продолжала давить на педаль газа, когда её блуждающий взгляд в первый раз упал на приборы. Её сердце заколотилось. У счётчика топлива горела красная лампочка. Стрелка дрожала у отметки «Пусто».
— О боже, — задохнулась она и несколько раз с силой надавила на педаль газа. Ничего не случилось. Грузовик ехал всё медленнее и медленнее. Затем он остановился.
— О боже! — воскликнула Грейс — Боже, нет!
— Что, мама? — взвыл Натан. — Что?
— О нет, нет, нет! — Грейс колотила руками по рулю. Она прислонилась к нему головой. Затем она резко выпрямилась и посмотрела по сторонам. Её сердце колотилось, дыхание со свистом вырывалось из горла. Но поблизости никого не было. Сухая, выжженная земля тихо поджаривалась на солнце.
— Ладно, — пробормотала она. — Ладно, надо подумать. — У них кончился бензин. Наверное, Сайрин забыл заправиться. Слава богу, что он запаслив — возможно, в кузове грузовика лежит запасная канистра с топливом. — Подожди, дорогой, — сказала она. — Я должна кое-что проверить.
— Мама, не уходи!
— Я должна выйти. Скоро вернусь.
Она выбралась из кабины, оставив дверь открытой. Её ноги опустились в мелкую пыль цвета краски для волос, которой она пользовалась (сейчас у неё на проборе была тёмная полоса, такая же широкая, как эта чёртова дорога). Она обошла грузовик сзади и заглянула в кузов.
Она увидела длинный шланг, несколько старых мешков, запасное колесо, ящик с инструментами, моток изоляционной ленты — но ничего, что хотя бы отдалённо напоминало запасную канистру.
— Боже, — простонала она. — Боже, что с ним могло случиться?
Как могло оказаться, что здесь нет бензина? Здесь должен быть бензин! Она подумала о том, не могла ли канистра оказаться за сиденьями, и вернулась в кабину, чтобы проверить. К своему ужасу, за сиденьями она не обнаружила ничего, кроме топографической карты Менинди,

упаковку трубок радиатора и пустой пакет из-под чипсов.
— О боже. — Она упала на сиденье водителя и обеими руками схватила руль.
— Мама?
— Всё в порядке. — Ей нужно подумать. — У нас кончился бензин.
Теперь у них было три варианта действий. Они могли бы пойти пешком к шоссе, что заняло бы у них около часа, где они могли бы попытаться поймать попутную машину. Они могли бы пойти